Как возобновить уголовное дело и нужен ли для этого адвокат?

Следствие взялось за старое

Как возобновить уголовное дело и нужен ли для этого адвокат?

„Ъ” стали известны подробности ареста известного уфимского адвоката Николая Чимчука, машина помощника которого — бывшего сотрудника УБОП Сергея Кожевникова — была подорвана неизвестными в конце августа на улице Армавирской в Уфе.

Господин Чимчук в воскресенье был арестован в рамках расследования уголовного дела о даче взятки, которое Следственный комитет прекратил в 2010 году и неожиданно возобновил в прошлую пятницу. Адвокаты Николая Чимчука считают, что это сделано, чтобы получить от защитника показания о возможных заказчиках взрыва.

По их мнению, таких показаний задержанный дать не сможет, так как уже заявлял, что обстоятельства этого происшествия ему неизвестны.

Советский районный суд Уфы 10 сентября избрал меру пресечения в виде ареста адвокату филиала «Гарант защиты» Башкирской республиканской коллегии адвокатов Николаю Чимчуку.

В отношении него в прошлую пятницу региональное управление Следственного комитета возобновило уголовное дело по подозрению в даче взятки (ч. 2 ст. 291 УК РФ). Это дело возбуждалось Следственным комитетом в марте 2010 года и было прекращено спустя полгода. Адвокат подозревался в том, что передал 100 тыс. руб.

незаконного вознаграждения сотруднику отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков УВД Уфы за содействие в изменении показаний свидетеля по уголовному делу его клиента. Позже защита заявила, что оперативно-розыскные мероприятия по уголовному делу были проведены незаконно.

С этим согласилась прокуратура, и дело прекратили, даже вернули вещественные доказательства — 100 тыс. руб., сообщили „Ъ” два собеседника из окружения Николая Чимчука.

В минувшую пятницу региональное управление Следственного комитета внезапно возобновило расследование дела. Обстоятельства решения неизвестны — в СУ СК ход расследования не комментируют.

Адвокат Николая Чимчука Алексей Зеликман сообщил „Ъ”, что его клиент был задержан сотрудниками, представившимися оперативниками УФСБ, на парковке у Гостиного двора. «Он вышел из Гостиного двора, а ему устроили маски-шоу.

Выскочили ребята в камуфляже и масках, крикнули „Работает ФСБ!” и задержали с применением физической силы»,— сообщил защитник. Уже позже, по его словам, задержанному сообщили, что он является подозреваемым по возобновленному уголовному делу.

«Если бы вызвали на допрос, он бы сам пришел»,— отметил господин Зеликман.

Ходатайство об аресте Николая Чимчука в суд направил следователь-криминалист СУ СК Ильяс Максютов. По информации „Ъ”, он обосновал необходимость этой меры тем, что адвокат подозревается в совершении тяжкого преступления, собирается выехать за рубеж и может оказать давление на свидетелей. В суде прозвучало, что в 2013 году Николай Чимчук сменил фамилию — ранее он носил фамилию «Чимчух».

Адвокаты задержанного просили выпустить его под залог 1,5 млн руб.

По мнению Алексея Зеликмана, Николая Чимчука могли задержать, чтобы под давлением получить показания по другому уголовному делу — о покушении на убийство его помощника, бывшего сотрудника управления по борьбе с организованной преступностью Сергея Кожевникова. Иномарка Сергея Кожевникова была взорвана неизвестными в конце августа на улице Армавирской в Уфе.

Он сам получил тяжелые ранения, завершившиеся ампутацией ног. Взрывное устройство, предположительно, было вмонтировано под кресло автомобиля. Николай Чимчук ранее заявлял журналистам, что угроз его помощник не получал, а резонансные уголовные дела не сопровождал. По факту взрыва возбуждено уголовное дело по статье «Покушение на убийство общеопасным способом».

В окружении адвоката сообщили „Ъ”, что следователи опрашивали господина Чимчука и «предлагали назвать заказчиков взрыва». «Сложилось ощущение, что следствие зашло в тупик, и нет больше никаких зацепок, кроме как найти какого-нибудь свидетеля, который их даст»,— предположил один из адвокатов, знакомых с обстоятельствами задержания Николая Чимчука.

«Я разговаривал с ним на эту тему — никакой информации об этом у него нет», — сказал Алексей Зеликман.

https://www.youtube.com/watch?v=Z0A43EUFM2o

Другой адвокат, Юлия Матвеева, от комментариев отказалась.

Управляющий партнер судебного агентства «Барристер» Айдар Муллануров отмечает, что такая мера как возбуждение уголовных дел в отношении юристов, в том числе адвокатов, все чаще применяется следствием в расчете получить необходимую информацию. «Эта тенденция отчетливо проявилась в прошлом году в Москве и сейчас дошла до регионов.

Риски профессиональной деятельности юристов и адвокатов возросли многократно, так как уголовные дела возбуждаются в том числе для оказания давления, в том числе и по бесперспективным поводам,— отмечает собеседник.— К сожалению, мы видим, что официальные сообщества, например, адвокатские палаты, ассоциации юристов не предпринимают никаких мер для защиты своих членов.

Остается только надеяться на формирование новых, более эффективных профессиональных союзов».

Наталья Павлова

Источник: https://www.kommersant.ru/doc/3408479

«Если дело возбуждено, закрывать его уже невыгодно». Бывший прокурор рассказывает о надзоре за следствием

Как возобновить уголовное дело и нужен ли для этого адвокат?

Суть нашей работы такова, что прокурор проверяет законность действий. И если в регионе много историй попадают в прессу, это говорит не о том, что все плохо, а что работают все органы — не только на выявление преступлений, но и на противодействие преступлениям в правоохранительных органах.

Объем работы огромный, если кратко, то это надзор за возбуждениями уголовных дел, за отказами в возбуждении и ходом следствия, то есть за сроками [проведения следственных действий].

В Сибири я в шесть часов вставал и в шесть уходил с работы, а в Московской области постоянно до одиннадцати сидел и в выходные радовался, что могу поспать подольше перед тем, как пойду на работу.

Это отчеты, проверки административно задержанных — [для этого] надо в милицию ездить. Днем я обычно решал насущные задачи, а вечером уже проверял уголовные дела.

Прокурорам поступает много жалоб на незаконное преследование, на милицейский беспредел. Надо проверять, обоснованы они, или нет, запрашивать дела.

Но здесь вопрос статистики: если, например, в прошлом году мы удовлетворили семь жалоб, [в этом году] можно сделать небольшой прирост. Но если [прирост] будет большой — с нас спросят, куда мы смотрели и почему допустили нарушение.

И прокурора [района] поднимут на совещании, где все областные прокуроры и начальники отделов собираются и слушают отчеты.

Политика здесь такая: удовлетворенные жалобы означают отсутствие надзора. Если полицейские кого-то избили, значит, профилактика не проводилась, мы должны были представления вносить и требования. Почему-то все спрашивают с прокуратуры.

Иногда жалобы приходится удовлетворять. Вот, допустим, человек через год пожаловался на отказ в возбуждении дела — нельзя же написать, что я вчера, перед жалобой, его отменил, пишешь — ваша жалоба удовлетворена, постановление отменено.

Как проверяют отказ в возбуждении дела

А так — поступает, допустим, постановление об отказе в возбуждении дела, мы смотрим материалы, а там неполная проверка. Нужно провести еще какие-то действия и тогда уже можно будет говорить, что проверка проведена в полном объеме и оснований для возбуждения дела нет.

Или они есть. Но ведь бывает, что надо опросить свидетеля, а его просто нет. Все же ограничены по срокам [проверки], бывает, что по несколько раз решения отменяется по таким основаниям. Бывает, что [следователи] просто не успевают провести проверку из-за большого объема работы.

У прокуратуры есть еще такой показатель — выявление укрытых преступлений. И вот отказ в возбуждении дела — один из способов их укрыть.

Тогда мы смотрим основания для отказа и проводим встречную проверку: обзваниваем людей или вызываем их к себе и проверяем, действительно ли они говорили, что написано [в отказе]. Бывает, человек говорит, что его попросили так сказать. Это вопиющие случаи, но они имеют место.

Тогда прокуратура выносит требование возбудить уголовное дело, но следствие его может и не выполнить, и придется это решение обжаловать у их руководства.

Вообще следователи могут лениться, нет инициативы из-за маленькой зарплаты, в каждом случае это индивидуально. Ну почему вот это дело расследуется плохо, а это — хорошо? У полицейского [следователя] часто стоит задача — закрыть квартал, какой-то отчетный период.

Вот у них какие-то дела уходят, они ими занимаются, а долгоиграющие перекидывают на следующий месяц. При этом в УПК же есть статья 6.1 — разумный срок уголовного судопроизводства.

В Европейский суд по правам человека пошли иски из-за нарушения этих разумных сроков, и после этого по ведомствам пошло: вносите требования по этой статье.

Коррупцию мы не выявляем, у нас нет оперативных подразделений, этим занимается их внутренняя служба собственной безопасности.

Если и кажется по документам, что может быть какая-то коррупционная составляющая, то… Ну, там сидят люди с высшим юридическим образованием, голословно человека обвинять в коррупции некорректно — ты его не поймал за руку.

Но можно написать представление или информационное письмо, связаться с МВД, сказать что есть проблема. Но это уже на уровне прокурора района минимум решается.

«Все будут работать, чтобы был обвинительный приговор»

Со следователями мы лично контактируем. Они заходят, на какие-то вопросы отвечают, чтобы нам не писать бумагу, или хотя бы для себя — разобраться. Указания им можно давать и карандашом на постановлениях.

Это экономит время, вот представьте: прокурору принесли сто материалов, допустим, все — незаконные. Он садится их печатать и теряется на сутки минимум, а если на половине быстро карандашом раскидать: здесь доделайте, тут, то сильно быстрее получается.

Но тут страдает статистика, прокурор уже не сможет написать, что отменил сто постановлений — получается, немного жертвует карьерой ради продуктивности.

Если дело возбуждено, то закрывать его уже никому не выгодно — все будут бороться, даже если есть основания для прекращения. Система правосудия такова, что если нет состава [преступления], то все равно не надо прекращать дело.

Думаю, это такая политика: вот человека преследовали, может, даже посадили в СИЗО, а потом общественные защитники скажут, что он просто так сидел.

И пока есть силы и возможности, все будут работать, чтобы был обвинительный приговор.

Потому что оправдание будет значить, что не было прокурорского надзора: спросят, куда вы смотрели, товарищи? Возбуждения ведь проходят через прокуратуру, она же в суде представляет обвинение.

Если следователь прекратил дело за отсутствием состава преступления, его же и накажут — столько проверок будет, даже по его линии: почему человека преследовал, почему не сделал нужные выводы в самом начале? На такие вопросы и не ответишь. Принципиально надо найти виноватого. У МВД и СК это будет следователь, у прокуратуры — прокурор из-за отсутствия надзора.

Хотя вообще в идеале дела и возбуждаются, чтобы установить все обстоятельства и прийти к обоснованному решению, прекращать их или нет.

Уголовно-процессуальный кодекс вообще написан шикарно, но закончить все дела в соответствии с ним невозможно. Понятно, что они обычно более или менее приведены в порядок, но чтобы полностью — я таких дел не знаю.

Вот протокол допроса должен быть: вопрос-ответ, вопрос-ответ, а у нас все допросы идут сплошным текстом, и это плохо.

Я уже как адвокат прихожу к следователю, он такой [говорит моему подзащитному] — рассказывайте.

Я говорю: мы не будем, вы задавайте вопросы, и наше право потом — обжаловать, может у вас вопросы наводящие будут или у вас обвинительный уклон, а вы же должны устанавливать обстоятельства, не обвинять. В этом плане, наверное, ФСБ лучше всех работает, у них четко: вопрос-ответ и вопросы продуманные.

За ФСБ редко надзирать приходится, как правило, этим занимается прокуратура субъекта [федерации], там у них есть отделы по надзору за спецслужбой с соответствующим доступом к секретности.

Карьера прокурора

Какое подразделение лучше — это индивидуально, платят одинаково. Гособвинение завязано с судом — до скольки суд работает, столько они и работают. А надзор — сколько жалоб тебе пришло, столько ты и разгребай.

Карьерный рост — вообще провокационный вопрос, даже для анонимного разговора. Думаю, если посмотреть родственные и другие связи прокуроров районов, то все станет понятно. Бывает, в прокуратуре сын генерала карьеру делает, бывает, кто-то по объявлению пришел.

В остальном это еще и вопрос команды, насколько я знаю, если меняется прокурор области, то его люди становятся прокурорами районов, а те, кто был на их местах, уходят в аппарат и теряют реальную власть, занимаются статистикой. Это было бы хорошо на начальном уровне: уйти в аппарат и там карьеру делать.

А [уходить туда] с должности прокурора района — уже нет.

Про взятки тоже надо спрашивать минимум у прокуроров района. Я свечку не держал, наверное, какие-то вопросы решаются, но это на уровне предположений.

Хотя из моих коллег я единственный на работу пешком ходил. На прокурора района есть смысл выходить, он скажет [подчиненным], и никто спрашивать не будет.

А на помощника прокурора же и могут доложить, та же милиция скажет, что с ним что-то не так.

«У Следственного комитета все совсем безобразно»

Сейчас, со стороны, кажется, что беспредела намного больше, что он везде. Когда я работал в прокуратуре, казалось — ну, у нас почти все законно, сейчас подравняем. Но там ты не сталкиваешься с людьми, тебе приходят бумаги, ты бумаги и оцениваешь, тебе люди не говорят, в какую ситуацию они попали и что претерпели от полиции и Следственного комитета.

Надзор еще иногда участвует в заседаниях по мере пресечения. И я ходил, и, бывало, выступал против ареста, которого требовал следователь. В Сибири еще судья был классный — и профессионал, и как мужик рассуждал правильно.

В Москве же на процессе прокурор бубнит «считаю обоснованным, бу-бу-бу», и я тоже такой тактики изначально придерживался. А тот судья спрашивал — а чем обосновано-то все это? Вы хоть обоснуйте, говорил, поддержите. И это приятно, так сам процесс правильно построен.

Даже арестант понимает — прокуратура не просто мямлит, а что-то обосновывает.

Иногда кажется, что в полиции уровень профессионализма выше, чем у СК, эти вообще наобум дела загоняют, очень много беспредела, на них и жаловаться сложнее — у них меньше статистики, которую им прокуратура может подпортить. Хотя, насколько я знаю, в одной из прокуратур в Московской области был такой конфликт, что даже заместителя прокурора не пускали в комитет, приходилось из областной прокуратуры приезжать и разбираться.

Как адвокат уже могу сказать, что у Следственного комитета все совсем безобразно. Ведь если человека осудили и все грамотно сделали, даже если он вину не признает, в душе-то он понимает — все доказали и деваться некуда.

А если по беспределу посадили, человек не понимает, за что. Комитет вообще сильно изменился после выделения из прокуратуры. Раньше на совещаниях как было: надзор свободен, следствие — останьтесь.

Был большой коллектив, много направлений, и не хотелось за одно из них краснеть. А теперь там начальник помогает своим.

Источник: https://zona.media/article/2018/07/30/prosecutor

Юрист прокомментировал дело о хищениях в ПАО «Тольяттиазот»

Как возобновить уголовное дело и нужен ли для этого адвокат?

kloop.kg

Уголовное дело о масштабных хищениях в отношении владельцев ПАО «Тольяттиазот», которое слушается в Комсомольском районном суде города Тольятти, уже более полутора лет вызывает живой интерес у прессы и специалистов. Это неудивительно, ведь в ходе многочисленных заседаний пришлось знакомиться с более чем пятьюстами томами дела, слушать показания более 100 свидетелей и историю о загадочном файле…

Разобраться с перипетиями этого процесса в интервью агентству РАПСИ помогает адвокат Московской городской коллегии адвокатов Александр Низов, представляющий АО «ОХК «Уралхим» (истец по данному делу).

— Александр Владимирович, на процессе, который идет в Комсомольском районном суде Тольятти, Вы являетесь представителем истца — АО «ОХК «Уралхим».

Хотелось бы задать Вам несколько вопросов, имеющих отношение к ходу слушаний по уголовному делу в отношении владельцев ПАО «Тольяттиазот». В суде 18 июня завершились прения сторон.

Суд взял паузу до 2 июля для вынесения приговора. Как Вы оцениваете ход процесса?

— Слушание дела заняло в общей сложности полтора года. Для такого длительного процесса имелись веские причины.

Прежде всего, только объем письменных материалов при поступлении дела в суд занимал около пятисот томов.

Уже на стадии исследования письменных материалов дела, которая предваряла допросы свидетелей, стало понятно, что защита избрала тактику максимально возможного затягивания процесса.

Практически сразу после начала оглашения стороной государственного обвинения письменных материалов дела на суд просто обрушился шквал претензий со стороны защитников обвиняемых и представителей ТОАЗа, суть которых сводилась к тому, что оглашение материалов происходит слишком быстрыми, по мнению наших процессуальных оппонентов, темпами. Доходило до того, что защитники чуть ли не секундомером фиксировали время, затраченное обвинителями на оглашение тех или иных материалов.

— Как проходил допрос свидетелей?

— Всего в списке обвинительного заключения значилось 222 свидетеля. Ценность свидетельских показаний, как правило, разная. Прокуроры приняли решение допросить только наиболее ценных свидетелей обвинения, но и их количество, в конечном итоге, составило чуть меньше ста человек.

С учетом того, что значительное количество свидетелей на момент допроса продолжали работать на «Тольяттиазоте», они находились в сложном положении, и, без всякого сомнения, под серьезным прессом со стороны руководства своего предприятия, которое и в ходе предварительного следствия, и на стадии судебного разбирательства предпринимало значительные усилия, чтобы воспрепятствовать установлению истины по уголовному делу.

Защитникам позволялось по нескольку раз оглашать уже неоднократно оглашенные материалы дела. Но ни разу за весь процесс суд не отказал в допросе свидетелей защиты, явившихся в суд.

Складывалось впечатление, что защитники просто с улицы «тащат» кого попало в процесс, лишь бы протянуть стадию еще на день-другой.

В ходе судебного следствия в качестве специалистов по ходатайству защитников было привлечено и допрошено не менее десяти человек — представителей самых различных научных областей.

Следует отметить слаженность и высокий профессионализм прокурорской команды. Активная позиция в процессе и блестящее знание материалов дела позволили обвинителям в ходе допросов получать от свидетелей ценные, обличающие подсудимых показания, зачастую при явном желании самих свидетелей ограничиться лишь набором формальных сведений, сообщаемых суду.

— Адвокаты обвиняемых утверждают, что в ходе суда были допущены серьезные нарушения прав участников процесса со стороны защиты.

— Прежде всего, следует понимать, что заявления о нарушении процессуальных прав в ходе процесса — это часто практикуемый способ защиты клиента.

Адвокаты пытаются таким образом направить внимание суда не на обстоятельства, устанавливаемые в ходе процесса, не на исследуемые доказательства, а на некий «список обид» представителей защиты, который используется как существенный элемент давления на суд.

В результате, о любом негативном, с точки зрения защиты, процессуальном событии, например, об отказе в удовлетворении ходатайства, адвокаты заявляют как о нарушении их прав.

Хотя, принимая такое решение, суд просто реализует полномочия, предоставленные ему действующим процессуальным законом. Справедливости ради следует отметить, что в ходе настоящего процесса в удовлетворении ходатайств суд периодически отказывал и нашей стороне, и прокурорам. Мы данные факты воспринимали исключительно как рабочие моменты.

— Но адвокаты подсудимых заявляли, что практически все их ходатайства судом отклонялись.

— По ходатайству защитников на стадии судебного следствия к делу было приобщено несколько десятков томов. Какое же это нарушение прав на защиту?

— Еще один упрек адвокатов суду: не всех свидетелей защиты допросили, в том числе иностранных граждан, которые могли бы дать показания о ценах на аммиак и карбамид.

— Я уже говорил: суд допросил всех свидетелей, чью явку в суд защитники обеспечили. В финальной стадии процесса один из адвокатов действительно заявил о необходимости срочно вызвать на допрос с десяток иностранных граждан, проживающих в самых разных государствах.

Фактически защитник после полутора лет судебного процесса, в его финальной стадии, представил список иностранцев, имена которых вообще никаким образом не упоминались в процессе. Кто они такие, какое отношение к делу имеют? Никакого внятного объяснения защитник не представил.

Зато предложил суду вызвать всех этих людей на допрос, используя электронную почту.

Вызвать свидетеля в суд по е-мейлу! И это при том, что незадолго до заявления ходатайства, тот же адвокат буквально инструктировал суд, как правильно следует вызывать в процесс участников судопроизводства, являющихся иностранными гражданами.

— Кроме того, защита обвиняемых заявляла, что судья торопит процесс, стремясь как можно быстрее завершить дело.

Подобные заявления совершенно беспочвенны. В какой-то момент процесса, суд, идя навстречу, в первую очередь, стороне защиты, перешел в режим рассмотрения уголовного дела в непрерывном процессе.

Вызвано это было заявлениями самих защитников, что им требуется больше времени для представления доказательств. Суд им это время предоставил, фактически установив, что каждый рабочий день будет посвящен исключительно представлению доказательств стороной защиты.

И что вы думаете, защитники сразу начали болеть, участвовать в других процессах, да и просто срывать судебные заседания.

В какой-то момент процесса наша сторона была вынуждена заявить о злоупотреблении защитниками своими правами. В конце концов, не только защитники имеют права. Мы, как компания, признанная потерпевшим по уголовному делу, как лицо, которому причинен огромный материальный ущерб, имеем право на рассмотрение уголовного дела в разумные сроки.

Затягивание процесса, срыв судебных заседаний, доведение до абсурда стадии представления суду доказательств стороной защиты, в конечном итоге, препятствовали в реализации нашего права на доступ к правосудию. Не знаю, чем окончился бы этот процессуальный конфликт, но в результате защита выдохлась, и ей было просто нечего представить суду в качестве доказательств или их имитации.

Судебное следствие было объявлено оконченным.

— Правда ли то, что в основу обвинения легла именно ценовая, точнее, «комплексная экономико-правовая» экспертиза, с которой не согласны обвиняемые и их адвокаты? И если бы не она, обвинение рассыпалось бы?

— Процессуальный закон устанавливает, что никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Утверждение, что одно-единственное доказательство из тысяч, представленных суду, способно повлиять на итоговое решение, вплоть до полного опровержения обвинения, противоречит и букве, и самому духу закона.

Предмет доказывания по настоящему делу весьма обширен. Экспертное заключение имеет отношение только к части обстоятельств, подлежащих доказыванию.

Значительное количество обстоятельств, подлежащих доказыванию, были установлены совсем другими доказательствами: документами, изъятыми в ходе обысков и выемок, обширнейшей электронной перепиской, показаниями потерпевших и свидетелей.

— Защита подсудимых была не согласна с использованной методикой определения рыночных цен?

— Защита, действительно, в ходе процесса предпринимала отчаянные попытки опротестовать экспертное заключение. Именно защитники являются авторами суждения о том, что все обвинение основано на экспертном заключении. Но именно они же представили суду доказательства, позволяющие однозначно заявить о состоятельности и законности экспертного заключения.

По ходатайству защиты были допрошены несколько специалистов, которые предложили суду свои суждения по вопросам, связанным с проведенной по делу экспертизой. Причем, каждый из них предлагал использовать именно его методику.

В конечном итоге, специалисты, приглашенные защитниками, вступили в заочную дискуссию между собой, и каждый из выступающих отстаивал свою собственную точку зрения, оппонируя всем остальным.

— Утверждают, кроме того, что судебный процесс якобы мешает нормальной работе «Тольяттиазота». Это правда?

— Я не производственник, а юрист, но мне трудно представить, что текущий процесс как-то отрицательно сказываются на работе предприятия.

А вот что действительно в течение долгих лет наносило ему ущерб — так это кабальный 20-летний контракт на эксклюзивную продажу продукции единственному покупателю, ценовой диктат, систематический вывод денежных средств, недофинансирование, плохое техническое состояние агрегатов и простой мощностей, незаконная продажа ценных производственных активов, которые «Тольяттиазот» вынужден теперь арендовать у офшора. Как вы понимаете, до этого состояния ТОАЗ довел не суд, а действия его собственников и управленцев. Наоборот, в суде «Тольяттиазот» выступает в роли потерпевшего, и это говорит о многом.

— Недавно защитники обвиняемых стали утверждать, что обвинительное заключение было подготовлено якобы в недрах АО «ОХК «Уралхим», и ссылаются на некий электронный файл.

— Это очень интересная история. Уже в самом начале процесса некоторые защитники заявляли о необходимости вернуть уголовное дело прокурору, мотивируя свою позицию тем, что текст обвинительного заключения был изготовлен в «Уралхиме». В подтверждение этого обстоятельства они ссылались на «свойства» некоего файла, имеющегося в их распоряжении.

Отдельные, явно ангажированные, СМИ подхватили это заявление и попытались преподнести это как сенсацию. На протяжении всего процесса защитники говорили об этом, как об установленном факте. Но курьез в том, что никто, кроме самих защитников, этот файл так и не увидел, а сами они ни в каком виде суду его не представили.

Закон понимает обвинительное заключение как процессуальный документ, выполненный на бумажном носителе, подписанный следователем, утвержденный прокурором и физически находящийся в уголовном деле, вместе с которым оно и поступает в суд. Вот это и есть обвинительное заключение.

Ни о каких файлах, свойствах и прочих электронных премудростях в законе нет ни слова.

— То есть Вы говорите, что утверждения адвокатов защиты о существовании файла обвинительного заключения со свойствами «Уралхима» — это голословное заявление?

— Да, это ничем не подтвержденное, голословное заявление.

Вот если защита физически представит что-то суду в подтверждение своего заявления о том, что следователь не является автором обвинительного заключения, тогда будем реагировать и устанавливать все обстоятельства, связанные с таким заявлением, включая рассмотрение вопроса о фальсификации защитниками доказательств в уголовном процессе. Думаю, защитники это прекрасно понимают, поэтому их громогласные заявления, в конечном итоге, превратились в какую-то околопроцессуальную болтовню сродни сплетням.

— Известно, что уголовное дело по ст. 159 УК РФ, которое сейчас слушается в Комсомольском районном суде Тольятти, было возбуждено по заявлению «Уралхима». На этом основании защита подсудимых обвиняет «Уралхим» в попытке рейдерского захвата ТОАЗа, а правоохранительные органы — чуть ли не в пособничестве рейдерству. Какие могут быть основания для таких обвинений?

— О каком рейдерстве может идти речь? Хочу напомнить, что исковые требования о возмещении вреда, причиненного преступлением и адресованные подсудимым, лишь в небольшой своей части — это требования «Уралхима», заявленные в собственных интересах.

Значительная часть требований, более чем в десять раз превышающая требования «Уралхима», заявлена в интересах Общества «Тольяттиазот», то есть в интересах другого юридического лица, где у «Уралхима» весьма скромный пакет акций. Никаких требований, связанных с имуществом предприятия или его собственников, нами не заявлялось.

Мы лишь пытаемся возместить материальный ущерб, причиненный нашей компании в связи с совершением преступления. В конце концов, мы коммерческое предприятие и никому не позволим себя грабить.

— Недавно СМИ сообщили об аресте председателя правления АО «Тольяттихимбанк» Александра Попова уже в рамках нового уголовного дела, возбужденного по 210 статье УК РФ (организация преступного сообщества или участие в нем). И снова защита обвиняемых утверждает, что обвинения в его адрес беспочвенны.

— Сразу хочется спросить, а что же такого правоохранители подбросили г-ну Попову? Несколько десятков миллионов долларов? Я не в курсе подробностей этого нового дела. Следствие только началось, будем следить за развитием событий. Не исключаю и других арестов в рамках этого уголовного дела.

— Комсомольский районный суд, как предполагается, 2 июля начнет вынесение приговора. Каким, по-вашему, он может быть?

— Я отвечу прямо. Мы, как потерпевшая сторона, верим в российское правосудие.

И мы верим, что суд, разобравшись во всех тонкостях этого, безусловно, сложного уголовного дела, вынесет обвинительный приговор всем подсудимым и удовлетворит наши исковые требования, которые, хочу напомнить, в наибольшем объеме заявлены нами не в собственных интересах, а в интересах «Тольяттиазота», который его сегодняшние хозяева попросту обобрали, заставив огромный коллектив предприятия годами трудиться исключительно в целях реализации преступного умысла организованной группы, возглавляемой представителями семьи Махлаев.

Источник: https://legal.report/jurist-prokommentiroval-delo-o-hishhenijah-v-pao-toljattiazot/

Ходатайство о производстве дополнительных следственных действий и дополнении материалов уголовного дела

Как возобновить уголовное дело и нужен ли для этого адвокат?

Деятельность адвоката защитника должна быть эффективной. То есть, направленной на реальное улучшение положения лица, чью защиту осуществляет адвокат. Или, чьи интересы он представляет. В противном случае адвокат не выполняет своё предназначение.

Эффективность защиты выражается не в подписях адвоката в протоколах следственных и иных процессуальных действиях, а в заявляемых им ходатайствах и подаваемых жалобах.

Поскольку оспаривать обвинение допустимо только в тех процессуальных формах, которые определены уголовно-процессуальным законом, то, адвокат защитник, с одной стороны, ограничен этими положениями УПК РФ, но, с другой стороны …разрешено всё, что не запрещено законом (п.11, ч.1, ст.53 УПК РФ). Другое дело – нельзя обязать следователя выполнить те действия, которые не предписаны ему нормами УПК РФ, регулирующими порядок производства по уголовному делу. Соответственно, адвокат не может об этом просить.

В предложенном варианте типового ходатайства адвоката защитника реализуется основная функция защиты – участие в собирании доказательств посредством обращения к следователю, как к должностному лицу, осуществляющему производство по уголовному делу.

Сам адвокат не уполномочен собирать доказательства, получаемые в результате проведения следственных и иных процессуальных действий – на стадии предварительного расследования это сфера компетенции следователя.

В суде – это компетенция председательствующего судьи.

В случае, если следователь не удовлетворяет ходатайство, хотя должен был удовлетворить, то, адвокат защитник должен обжаловать незаконный отказ в удовлетворении ходатайства.

В противном случае, адвокат выражает согласие с полученным отказом, что вряд ли можно признать эффективной защитой, поскольку адвокатом было заявлено необоснованное ходатайство, которое было отклонено следователем и с этим адвокат согласился (не возражал против этих действий и решений следователя).

Имеют значение и тактические аспекты – когда заявлять ходатайство о получении новых (дополнительных) доказательств?

Иногда имеет смысл заявлять не о собирании дополнительных доказательств, а о неполноте предварительного расследования, исключающей постановление обвинительного приговора ввиду недостаточности доказательств, которые не исключают и иные версии произошедшего. Такая позиция защиты вполне приемлема и реализуется на стадии судебного разбирательства.

Но, когда дополнительные доказательства могут позволить поставить под сомнение выводы следователя, и отсутствует опасение, что эти доказательства могут быть «нейтрализованы» следователем, то, ходатайство о получении таких доказательств может быть заявлено в любой момент производства по уголовному делу.

Особенно, если обвиняемый находится под стражей, а дополнительные доказательства могут позволить изменить меру пресечения, то, медлить с заявлением такого ходатайства вряд ли будет целесообразным.

В любом случае, лучше всего адвокату защитнику принимать такие решения совместно и с учётом мнения обвиняемого, поскольку речь идёт о его судьбе и о его процессуальном положении.

Заявлять ходатайство о получении дополнительных доказательств имеет смысл только тогда, когда предполагаемое новое (дополнительное) доказательство не может навредить стороне защиты.

Соответственно, должно быть ясное понимание того, для чего, с какими целями надо заявлять ходатайство о производстве дополнительных следственных действий. Например, во время очной ставки другая сторона тоже будет пытаться реализовать свои процессуальные интересы и, тем самым, противодействовать стороне, заявившей ходатайство.

Самая большая ошибка – это недооценка процессуального оппонента и переоценка собственных способностей, собственных сил и собственных возможностей.

Судебная экспертиза требует особых, специальных профессиональных познаний. Наиболее оптимальны действия защиты, если они согласованы со специалистом, привлекаемым со стороны защиты. Например, вопросы для производства судебной экспертизы целесообразно обсуждать и готовить совместно со специалистом в той области, в которой предполагается производство судебной экспертизы.

Прежде чем заявлять ходатайства о получении дополнительных доказательств, адвокат защитник вправе самостоятельно запросить документы, опросить сведущих лиц (при условии, что они не были допрошены следователем и не дали показания в качестве свидетелей, потерпевших или иных участников уголовного судопроизводства).

В любом случае, заявление ходатайств о собирании доказательств должно быть тщательно продумано с учётом всех возможных по уголовному делу вариаций изменения процессуальной ситуации, как условия для осуществления адвокатом своих функций защитника.

Следователю СО СУ МВД РФ

по городу Самаре

Серову А.В.

От адвоката НО “Самарская областная коллегия

адвокатов” Антонова А.П., рег. № 63/2099

в реестре адвокатов Самарской области

Адрес для корреспонденции: г. Самара,

пр-кт Карла Маркса, д. 192, оф. 619

Тел. +7-987-928-31-80

в защиту (ордер в деле)

обвиняемого Ч. _________________

«____» _________ 20 ___ г

Ходатайство

о производстве дополнительных следственных действий

и дополнении материалов уголовного дела

В Вашем производстве находится уголовное дело № ______________, возбужденное в отношении Т. по п. «б», ч.2, ст.173.1; п. «б», ч.2, ст.199 и ч.3, ст.327 УК РФ.

Мной в установленном законом порядке с «___» _________ 20 ___ г осуществляется защита Ч.______________ по данному уголовному делу.

«____» ____________ 20____г в соответствии со ст.215 УПК РФ обвиняемому Ч._____________ в моём присутствии вручено уведомление об окончании производства следственных действий и разъяснено право ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами данного уголовного дела в порядке ст.217 УПК РФ.

В этом уведомлении мной собственноручно выполнена запись о том, что решение следователя об окончании предварительного следствия является преждевременным, поскольку по уголовному делу необходимо провести ряд следственных действий, направленных на получение дополнительных доказательств, имеющих существенное значение для окончательных выводов следователя относительно виновности Т.______________ в совершении инкриминируемых ему групповых преступлений.

Согласно ст. ст. 215, 217, 219 УПК РФ производство дополнительных следственных действий не препятствует выполнению следователем требований ст. ст. 217, 219 УПК РФ с другими обвиняемыми и их защитниками.

Кроме того, затягивание с выяснением обстоятельств, имеющих существенное значение для дальнейшего движения уголовного дела, может отразиться на сроках предварительного следствия, учитывая, что двое обвиняемых по данному уголовному делу содержатся под стражей.

Полагаю, в качестве дополнительных, необходимо провести следующие следственные действия:

1. Очную ставку между обвиняемым Ч.______________ и свидетелем Д._______________, на показаниях которого основано заключение эксперта №________.

Эксперт исходил из того, что Д.____________ получил изготовленные Ч._____________ учредительные документы ООО ___________ в день их подачи в регистрирующий орган для регистрации перехода права собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу _________. День сдачи документов на регистрацию установлен по материалам, полученным из регистрирующего органа.

Вместе с тем, в указанный день Д.__________ не мог встречаться с Ч.___________ по причине того, что согласно детализации и билинга телефонных переговоров Д.____________ и Ч.

_____________, они в этот день разговаривали по мобильным телефонам в 10 час 30 мин, в 12 час 10 мин, в 15 час 05 мин и в 17 час 25 мин.

Каждый раз они оба находились в различных районах Москвы, что исключало их встречу по месту нахождения регистрирующего органа.

Более того, предшествующие и последующие телефонные переговоры Д.___________ и Ч.___________ с другими лицами также указывают на то, что никто их них не находился по месту регистрирующего органа.

Таким образом, имеются все основания полагать, что Д.____________ ошибается в своих показаниях, либо намеренно оговаривает моего подзащитного – обвиняемого Ч.__________. Что необходимо выяснить путём производство очной ставки между ними, в ходе которой мы сможем устранить противоречия между показаниями Д.________ и Ч._________.

2. Очную ставку между обвиняемым Ч.________ и обвиняемым П._________, ссылка на которого имеется в обвинении, предъявленном Ч._________. Поскольку, вызывают неустранимые сомнения выводы следователя о том, что Ч._______ и П.________ были знакомы ранее.

Подобные выводы могли быть сделаны следователем не иначе, как во время допроса П.________. Однако, Ч.________ это отрицает, поэтому устранить противоречия между показаниями П._______ и Ч._________ возможно только путём очной ставки между ними.

Если же следователь пришёл к этим выводам на основе имеющихся у следователя других источников информации – показаний свидетелей, письменных документов, то, допросить Ч.________ по этим вопросам с предъявлением таких документов и последующим проведением очных ставок с подобными свидетелями, давшими заведомо ложные показания.

3. Судебную экспертизу давности изготовления договора, якобы заключенного между ООО_________ и ЧОП_________ на охрану спорного нежилого помещения, поскольку Ч.

_________ такой договор не заключал и имеются все основания полагать, что этот договор сфальсифицирован и «появился» уже после возбуждения данного уголовного дела, то есть, не ранее ___________.

Существующие и применяемые экспертные методики позволяют установить давность изготовления таких документов от 6 месяцев – до 1,5 лет от даты производства экспертизы, что позволит установить фальсификацию данного договора, как доказательства.

4. Судебную экспертизу оттисков печати ООО_______ на оригиналах документов, представленных в регистрационную палату, поскольку визуально можно наблюдать отличие оттиска якобы этой печати на договоре ООО_________ и ЧОП_________, а также на документах, изъятых из регистрирующего органа.

Во время допроса Ч._________ в качестве обвиняемого, кроме указанного заключения эксперта №________, обвиняемому Ч._________ были предъявлены учредительные документы нескольких юридических лиц, в том числе, ООО ________, а также договоры, заключённые между ООО_______ и другими юридическими лицами, в том числе с ЧОП______.

Мы обратили внимание следователя на то обстоятельство, что согласно обвинению, Ч._________ якобы проставил печать ООО_______ на всех документах, после чего передал их Д._________.

Однако, Ч.________ не мог проставить печать на этих документах, поскольку не встречался в этот день с Д._________. Это означает, что, либо Д.__________ сам учинил оттиски данной печати, либо это выполнило другое лицо, а Д._________ дал заведомо ложные показания.

Выяснить эти обстоятельства позволит судебная экспертиза.

Руководствуясь ст.ст.119-122;215;219 УПК РФ, —

ПРОШУ:

Произвести по уголовному делу перечисленные выше в п.п.1-4 ходатайства следственные действия, что не препятствует ознакомлению с материалами уголовного деле других его участников.

По результатам производства дополнительных следственных действий решить вопрос о наличии правовых и фактических оснований для возобновления предварительного следствия и изменения обвинения в отношении Ч._________ путём исключения эпизодов обвинения, связанных с ООО________.

Ходатайство о производстве других дополнительных следственных действий будет нами заявлено при необходимости, после ознакомления с материалами уголовного дела.

С уважением,

Адвокат                                                          __________________ А.П. Антонов

Источник: https://pravo163.ru/xodatajstvo-o-proizvodstve-dopolnitelnyx-sledstvennyx-dejstvij-i-dopolnenii-materialov-ugolovnogo-dela/

Как вернуть свои деньги и наказать адвоката обманщика

Как возобновить уголовное дело и нужен ли для этого адвокат?

Категорически приветствую! С вами всё тот же – Лихачев Денис, юрист из Краснодара, основатель одноименного бюро.

Я сторонник идеи, что нельзя всех мерить одной мерой и если, к примеру, человек является риэлтором или сотрудником микрофинансовой компании то он априори жулик и мошенник, нет, всё зависит от личных качеств самого человека, поэтому история, изложенная ниже, скорее может восприниматься как исключение из правил, обусловленное личными качествами конкретного лица, но ни в коем случае не может характеризовать всю адвокатуру.

В 2016 году меня попросили заняться сопровождением уголовного дела, на стороне потерпевшей стороны, возбужденного по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ.

В переданных заказчиком документах я обнаружил соглашение об оказании юридических услуг, заключенное с адвокатом в 2015 году. По условиям соглашения адвокат также должен был осуществлять сопровождение данного уголовного дела, за что взял предоплату в 50 000 рублей.

Оговорюсь, что под сопровождением уголовного дела имеется в виду вступление в дело в качестве представителя потерпевшего, со всеми правами последнего (заявлять ходатайства, обжаловать действия/бездействие и т.д.).

– А где адвокат? (спросил я);

– Потерялся… (с сожалением ответил заказчик);

– А деньги? (удивился я);

– И деньги вместе с ним! (рассмеялся заказчик)…

Предложение вернуть деньги, было воспринято позитивно, но со скепсисом. Заказчик почему-то считал, что у адвоката, что называется «всё схвачено», так как он, в прошлом являлся высокопоставленным сотрудником органов внутренних дел…я так не считал, поэтому взялся за работу:

Прежде всего, я составил и направил письма в адвокатскую палату региона, а также лично адвокату, в которых изложил суть проблемы (обман доверителя), предложил выход из неё (вернуть деньги), а также обрисовал перспективы (суд, дисциплинарное производство).

Адвокат, получив письмо, полностью его проигнорировал и не ответил, а палата сообщила, что адвокат был опрошен, считает, что он работу выполнил, поэтому оснований для реагирования палата не усмотрела.

Ну, нет и нет, иного я не ожидал, поэтому заранее подготовил иск, который и направил мировой суд.

Предварительно я запросил у следователя, расследующего уголовное дело, информацию – имеется ли в материалах уголовного дела ордер адвоката и в каком количестве следственных действий последний принял участие. Ответ не удивил – ордера нет, про адвоката следователь слышит впервые.

В ходе судебного разбирательства адвокат постоянно затягивал процесс, не являлся, болел, болел его адвокат (а адвокат нанял адвоката, чтобы защитить интересы адвоката))).

Рассказывал судье о каких-то мифических «активных действиях, которыми ход расследования направлялся в нужное русло» – это цитата! Ни я, ни судья, как не пытались, не смогли выпытать у него информацию, что это за действия.

В числе прочих у меня были два убойных аргумента, первый это ответ следователя, о котором я написал выше, а второй – уголовное дело было приостановлено всё время пока адвокат «осуществлял» его сопровождение и возобновили его лишь после того, как по моей жалобе отменили незаконное решение следователя о приостановлении.

В итоге у адвоката кончились аргументы, а у судьи терпение и она вынесла решение о взыскании с адвоката – 46 500 рублей.

3 500 рублей, как я понял из описательной части решения, судья списала за то, что: – адвокат, при заключении соглашения, проконсультировал доверителя о ходе и порядке расследования уголовного дела…А если честно, по моему убеждению, она просто сжалилась над ним и 3 500 стали для адвоката утешительным призом. Клиенту не жалко этих денег и мы согласились с решением суда.

Адвокат не согласился и подал апелляцию, которую также проиграл:

https://pervomaisky–krd.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&…

Останавливаться на апелляции подробно смысла не имеет, поскольку там было всё тоже, что и в суде первой инстанции, ничего нового адвокат не придумал.

Получив исполнительный лист, я предложил адвокату добровольно исполнить решение суда, но снова не встретил понимания, поэтому отнёс исполлист в Сбербанк и в течение нескольких дней клиенту на счёт поступили его деньги.

Имея на руках решение суда, вступившее в законную силу, я добился возбуждения в отношении адвоката дисциплинарного производства и решением дисциплинарной комиссии адвокатской палаты края, к нему применена мера дисциплинарной ответственности – предупреждение.

Я за чистоту рядов, считаю, что деньги должны зарабатываться трудом, а не обманом, репутацию не купишь ни за какие деньги, поэтому традиционно пишу для попавших в аналогичную ситуацию – можете найти меня инстаграм – @lihachev.d или поисковик, и я безвозмездно сброшу вам на электронную почту:

– образец претензии адвокату;

– образец искового заявления.

При необходимости проконсультирую, если алгоритм, изложенный в настоящей статье, покажется вам недостаточно понятным.

P.S. Мой основной заработок это арбитражи – банкротство, налоговые споры, споры связанные с землёй. Широкому кругу Пикабушников эти темы неинтересны и скучны, потому о них я пишу в узкоспециализированных сообществах юристов.

Всем хорошего дня и великолепных выходных!

[моё] Адвокат Мошенники Наказание Суд Юридическая помощь Обман Длиннопост

Источник: https://pikabu.ru/story/kak_vernut_svoi_dengi_i_nakazat_advokata_obmanshchika_6913618

Прав-помощь
Добавить комментарий