Можно ли в областном суде допрашивать свидетелей по делу о незаконном увольнении?

Ходатайство о рассмотрении жалобы на незаконные действия следователя

Можно ли в областном суде допрашивать свидетелей по делу о незаконном увольнении?

Как показывает практика, адвокаты защитники практически не используют возможность обжалования действий следователя в судебных стадиях производства по уголовному делу. Многие из них считают, что обжалование действий и решений следователя может осуществляться только в порядке ст.125 УПК РФ. Однако, это мнение ошибочно.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.03 г, № 18-П, было разъяснено, что обжалование незаконных действий (решений, бездействия) следователя должно осуществляться в суде, рассматривающем уголовное дело по существу.

Но, в тех случаях, когда перенос на более поздние сроки обжалования действий (решений, бездействия) следователя может привести к нарушению конституционных прав и свобод гражданина (например, арест имущества), то, такие действия (решения, бездействие) следователя могут быть обжалованы в суд и до того, как уголовное дело будет направлено для рассмотрения по существу в суд первой инстанции.

В рассматриваемом случае в суд заявлено ходатайство о рассмотрении жалобы на незаконное постановление следователя о непроведении очной ставки между свидетелем обвинения и обвиняемым.

Ходатайство защиты надлежит рассматривать, как вынужденное, поскольку данный свидетель не явился в суд и суд огласил протоколы его допросов в ходе предварительного расследования.

Тем самым, обвиняемый был лишён возможности задать этому свидетелю вопросы, как на досудебной, так и в судебной стадии производства по уголовному делу, что является существенным нарушением права обвиняемого на защиту.

23 июня 2015 года Конституционный суд РФ принял Определение № 1313-О по вопросу о конституционности положений пункта 4 части второй статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации № 1313-О, где вновь повторил правовую позицию КС РФ в отношении оглашения показаний, данных при производстве предварительного расследования, что должно рассматриваться как исключение и допускаться лишь в случаях, предусмотренных законом. Согласно подп. «d» п. 3 ст. 6 «Конвенции о защите прав человека и основных свобод», каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет как минимум следующие права: допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и иметь право на вызов и допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него. В силу ч. 3 ст. 1 УПК РФ общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ являются составной частью законодательства РФ, регулирующего уголовное судопроизводство. Данная правовая позиция Европейского суда по правам человека была поддержана и Верховным судом РФ, который неоднократно отменял приговоры и признавал факты нарушения Европейской конвенции, в случае, если обвиняемому не была предоставлена адекватная и надлежащая возможность допрашивать показывающих против него свидетелей, возражать показывающему против него свидетелю и задавать ему вопросы (см. Постановление Президиума ВС РФ от 24.12.14 г, N 150-П14).

Таким образом, защитником правильно заявлено ходатайство о признании незаконным и необоснованным постановления следователя о непроведении очной ставки, которая должна была быть проведена (что признал сам следователь) с одновременным обеспечением безопасности свидетеля в соответствии с ч.9, ст.166 УПК РФ, а равно посредством исключения непосредственного контакта между лицами, допрашиваемыми в порядке очной ставки (эта процедура применяется во всём мире, в том числе, в РФ).

Если бы адвокатом защитником не было бы заявлено подобное ходатайство, то, его действия являлись бы неэффективными, поскольку не были бы использованы все доступные ему средства правовой защиты своего клиента — обвиняемого в уголовном деле.

В Советский районный суд

города Самары

федеральному судье

Д._______________

От адвоката НО “Самарская областная коллегия

адвокатов” Антонова А.П., рег. № 63/2099

в реестре адвокатов Самарской области

Адрес для корреспонденции: г. Самара,

пр-кт Карла Маркса, д. 192, оф. 619

Тел. +7-987-928-31-80

в защиту подсудимого

А._________________

ХОДАТАЙСТВО

(в порядке ст. ст. 53, 75, 271 УПК РФ)

о рассмотрении жалобы на незаконные действия следователя

В Вашем производстве находится уголовное дело в отношении А.____________ и О._____________, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных ч.3, ст.285 и п. в», ч.3, ст.286 УК РФ.

Мной осуществляется защита подсудимого А.______________.

В судебном заседании 09.09.15 г судом принято решение об оглашении показаний свидетеля обвинения В., не явившегося в суд (по поводу этих действий суда мной отдельно поданы письменные возражения в порядке ст.243 УПК РФ).

Вместе с тем, государственным обвинителем не были оглашены, то есть, были сокрыты от исследования в судебном заседании иные материалы уголовного дела, имеющие непосредственное отношение к допросу свидетеля В. и к оценке допустимости его показаний.

Так, в материалах уголовного дела имеется заявление свидетеля В. от 21.04.14 г с просьбой к следователю не проводить очных ставок с А.________________ (том 4, л.д.124).

Источник: https://pravo163.ru/xodatajstvo-o-rassmotrenii-zhaloby-na-nezakonnye-dejstviya-sledovatelya/

На Урале по делу о краже на 60 млн свидетель в суде заявил о давлении силовиков

Можно ли в областном суде допрашивать свидетелей по делу о незаконном увольнении?
https://www.znak.com/2019-08-01/na_urale_po_delu_o_krazhe_na_60_mln_svidetel_v_sude_zayavil_o_davlenii_silovikov

2019.08.01

Наиль Фаттахов / Znak.com

В Ашинском городском суде Челябинской области уже полтора года длится процесс по обвинению девяти человек в хищении дизеля из нефтепродуктопровода Уфа — Петропавловск. Фигурантам вменяется кража 2,5 млн тонн топлива на сумму более 60 млн рублей.

Они не отрицают того, что причастны к исчезновению нефтепродуктов, но говорят, что полиция, которая расследовала уголовное дело, вменила им ущерб, завышенный в сотни раз.

Проще говоря, подсудимым, по их мнению, «пришили» все то, что в целом было украдено за инкриминируемый период из этого нефтепровода на территории Южного Урала.

А для доказательств легализации миллионов от продажи ворованной нефти в ход шли все стандартные приемы, в том числе давление на свидетелей с целью дачи показаний. Один из них в суде под присягой уже рассказал и об этом, и о подсказках гособвинителей.

Уголовное дело расследовало ГСУ ГУ МВД по Челябинской области.

По версии следствия, девять человек с декабря 2015 по май 2016 года на территории Ашинского района и окрестностей похитили из нефтепродуктопровода Уфа — Петропавловск более 2,5 млн тонн дизеля на сумму более 60 млн рублей. Топливо воровали путем незаконных врезок, но сами подсудимые непосредственно врезки не делали, а лишь контролировали процесс хищения и реализации.

Началось с того, что двое подсудимых, лидеры группы, дали знакомому в долг несколько миллионов рублей под высокие проценты. Но платежи от заемщика поступали медленно, тогда обвиняемые решили разобраться, куда делись их деньги, и узнали, что пошли на организацию хищения дизеля. Проценты выплачивались с реализации. После этого подсудимые стали сами контролировать процессы. 

: МВД России

«Мы не отрицаем, что наши подзащитные причастны хищению. Но дело в том, что  по уголовному делу не было проведено толком никаких экспертиз, — заявили Znak.com представители защиты обвиняемых.

— Всего в Челябинской области в 2016 году было обнаружено порядка 15 врезок. И убыток у владельца топлива составил более 2,5 млн тонн от всех этих врезок.

Но почему-то никто не стал разбираться, из какой именно врезки и в какой именно период происходило хищение именно при участии наших подзащитных.

Этот нефтепровод идет через огромную территорию: к примеру, в Синеглазово воруют постоянно, а в Ашинском районе в 2016 году было обнаружено более пяти врезок. Но весь убыток взяли и списали на наших клиентов, хотя они уверяют, что никогда не видели таких денег. 

Чтобы доказать легализацию невиданного количества миллионов рублей оперативники нашли свидетеля, с которым якобы подсудимые работали по обналичиванию денежных средств. Но клиенты не знают этого человека, может быть, когда-то кто-то из подсудимых к нему и обращался, но точно не постоянно и не в таких объемах».

Момент задержания группыоперативная съемка ГУ МВД по Челябинской области

В суд дело поступило в январе 2018 года. Многие свидетели в целом подтверждали показания, данные ими на стадии предварительного следствия. Причем защиту обвиняемых смущало то, что события трех-четырехлетней давности они описывали в деталях, будто читая по бумажке.

«Мы подозревали, что что-то не то, что показания слишком четкие, не может так работать память человека, — говорит один из адвокатов. — Плюс они все читали по бумажке.

На вопрос, куда вы смотрите — три-четыре человека ответили, что в какие-то свои записи. Мы думали, что подсказки дают гособвинители, так как дело сложное, а доказательства виновности надо предоставить суду так или иначе.

Теперь получилось так, что все наши подозрения, и даже больше, подтвердились».

Так, недавно в суде выступил один из последних свидетелей обвинения — предприниматель из Челябинска Андрей Б. Его допрашивали по видеоконференцсвязи, так как ехать в Ашу у него возможности не было. Никто не ожидал, что под присягой мужчина сделает несколько весьма неожиданных заявлений. 

В частности, свидетель рассказал, что оперативники УЭБиПК ГУ МВД по Челябинской области склонили его к даче показаний. 

«Он сказал в суде: „А можно я правду расскажу? Но точно ли вы ее хотите?“ — говорит адвокат. — Мы все удивились.

Далее он сообщил, что ему звонили из прокуратуры города Аши и приглашали на судебное заседание, в ходе которого предлагали подтвердить показания, данные на стадии следствия.

Все логично, он же свидетель обвинения и ранее изобличил фигурантов. Но потом заявил, что все его показания недостоверны и рассказал почему».

запись допроса свидетеля есть в распоряжении Znak.com. В суде он действительно рассказывает о том, почему просит считать свои показания на стадии следствия недостоверными. Корреспонденту Znak.com удалось связаться с мужчиной, но тот побоялся общаться со СМИ из-за возможных проблем в бизнесе. Лишь подтвердил, что все так и есть. В связи с этим перескажем аудиозапись.

Итак, во время допроса в суде свидетель рассказал, что в 2017 году оперативники из областного ОБЭПа пригласили его на допрос и попросили изобличить незнакомого ему человека и опознать его как лицо, которое приходило с документами для обналичивания денежных средств.

Мужчина отказался, тогда, по его словам, ему пригрозили, что его офис «вынесут». Через некоторое время в его офисе действительно прошел обыск, в ходе которого, по словам свидетеля, были изъяты деньги и техника на сумму более 1 млн рублей, которые ему не возвращены до сих пор.

Предприниматель испугался, что его могут привлечь соучастником в краже нефти и сказал все то, что от него просила уже следователь полиции. А чуть позже получил постановление об отказе в возбуждении уголовного дела уже в отношении себя.

Он уже забыл об истории, когда ему позвонили из прокуратуры Аши и позвали в суд для дачи показаний. По его словам, представители гособвинения (Наталья Киселева и Ольга Арутюнова. — Прим. ред.

) просили, чтобы он подтвердил показания, данные в ходе следствия, и назвал две фамилии, хотя знал он только одного из двоих людей, и то очень поверхностно. Второго, как говорит мужчина, никогда не видел и не слышал о нем, и даже в ходе показаний на стадии следствия о нем не упоминал.

Сообщения, которые получал свидетель

При этом мужчина в суде представил смс-сообщения, которые ему отправляли, как он считает, представители гособвинения, где подсказывали, что именно нужно говорить, какие фамилии назвать. Кроме того, ему на электронку выслали фотокопии его показаний, данных на стадии следствия (скриншоты имеются в распоряжении Znak.com), и об этом также известили свидетеля по смс. 

«Мы заявляли ходатайства об отводе гособвинителей, считая, что они заинтересованы в определенном исходе дела, действуют в целом противозаконно, подстрекая к даче ложных показаний, но удовлетворены они не были. Теперь свидетель подтвердил это, но на наши ходатайства по-прежнему реакции нет», — говорят представители защиты. 

Вместе с тем источники Znak.com в правоохранительных органах говорят о том, что свидетель допрашивался на стадии следствия при участии защитника, никто ему не угрожал.

В суд мужчину вызывали неоднократно, а только когда он не явился в очередной раз, решили для оптимизации процесса провести допрос по видеосвязи.

Его показания ему на электронку действительно отправляли, но по его просьбе, так как он сказал, что не помнит, что говорил следствию.

«В ходе судебного следствия свидетель дал противоречивые показания, указав, что на стадии предварительного следствия на него было оказано давление, а также государственные обвинители отправили ему его показания, — прокомментировал прокурор Аши Евгений Разумный.

— Защитниками подсудимых было заявлено ходатайство об исключении из числа доказательств показаний свидетеля в связи с вышеуказанными обстоятельствами. Судом оценка доводам свидетеля будет дана при вынесении итогового решения по уголовному делу. Тогда же будет разрешено ходатайство защиты.

В настоящее время по уголовному делу продолжается судебное следствие».

В пятницу, 2 августа, по уголовному делу должны начаться прения сторон. 

Источник: https://www.znak.com/2019-08-01/na_urale_po_delu_o_krazhe_na_60_mln_svidetel_v_sude_zayavil_o_davlenii_silovikov

В суде над полицейскими в кировской области свидетели заявили о давлении следователей. как должны были отреагировать суд и прокуратура и что они сделали на самом деле

Можно ли в областном суде допрашивать свидетелей по делу о незаконном увольнении?

В Юрьянском районном суде Кировской области судят двух полицейских, которые, по версии следствия, подкинули наркотики задержанному мужчине.

Во время процесса трое свидетелей заявили, что на них оказывали давление следователи, которые вели дело. Ни Cледственный комитет, ни судья, ни прокуратура не отреагировали на эти заявления: никаких проверок не проводится.

«7×7» узнал, кто и как должен реагировать на сообщения по закону и как это происходит на самом деле.

Кто заявил о давлении

Дело рассматривается с мая 2018 года, сейчас в процессе допрашивают свидетелей со стороны обвинения.

Трое допрошенных указали, что на нужных показаниях якобы настаивали сотрудники Следственного комитета ― замруководителя первого отдела по расследованию особо важных дел в управлении СК по Кировской области Дмитрий Ростовцев и следователь Юрьянского межрайонного следственного отдела Пётр Глухих.

Первым о предполагаемых угрозах следователя Ростовцева в суде сообщил бывший инспектор ГИБДД Александр Старков, который обнаружил спрятанную пачку наркотиков в кармане потерпевшего.

Таксист Денис Батин, который отвозил задержанного мужчину за закладкой и обратно, рассказал о предполагаемом давлении следователя Петра Глухих. Обоих свидетелей якобы просили сказать, что в найденной в такси пачке они видели пакетик серого цвета.

Последним о возможном давлении Глухих и Ростовцева сообщил Андрей Устюжанинов, которого задержали вместе с потерпевшим. Его якобы уговаривали «сдать мента».

Что закон позволял сделать судье и прокурору

Когда в судебном заседании заявляют, что следователь оказывал давление, у председательствующего и гособвинителя есть полномочия, чтобы проверить эту информацию.

Судья

В статье 29 Уголовно-процессуального кодекса России («Полномочия суда») написано, что судья вправе вынести частное определение или постановление, в котором «обращается внимание соответствующих организаций и должностных лиц на нарушения прав и свобод граждан, а также другие нарушения закона, допущенные при производстве дознания, предварительного следствия».

Прокурор

В статье 37 того же кодекса написано, что прокурор от имени государства ведет уголовное преследование во время судопроизводства и надзирает за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия.

В приказе Генпрокуратуры «Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов дознания» говорится, что прокурор «обязан обеспечить надлежащий прокурорский надзор за всесторонностью, полнотой и объективностью производства дознания по уголовным делам».

То есть прокурор может провести проверку, если ему стало известно о потенциальном нарушении закона.

Основанием проверки прокуратуры могут стать обращение гражданина, информация из СМИ, сведения, полученные во время судебного процесса, или материалы, направленные контролирующим органом.

Прокурор направляет материал проверки в следственный орган, чтобы тот дал ему оценку и возбудил или отказал в возбуждении уголовного дела.

Как было на самом деле

После первого сообщения о давлении следователя в деле юрьянских полицейских «7×7» отправил запрос в региональный Следственный комитет, чтобы узнать, проводило ли ведомство проверку по этому факту.

― В период предварительного расследования и до настоящего времени жалоб на действия сотрудников СК со стороны обвиняемых и свидетелей не поступало. Соответственно, доследственных проверок по данному факту не проводилось, ― ответили в следкоме.

На заседании 25 июля 2018 года гособвинитель Виталий Чесноков рассказал, что, возможно, в отношении сотрудников Следственного комитета Дмитрия Ростовцева и Петра Глухих проведут проверку.

Редакция поинтересовалась у региональной прокуратуры, проводится ли такая проверка. В ведомстве ответили, что гособвинители, участвующие в деле, не инициировали проверок в отношении Глухих и Ростовцева. Частных определений от судьи с аналогичными требованиями в прокуратуру не поступало.

В самом суде запрос «7×7», по сути, оставили без ответа.

― В соответствии с п. 2 ст. 10 Закона «О статусе судей в Российской Федерации» судья не обязан давать каких-либо объяснений по существу рассмотренных или находящихся в его производстве дел.

Также принимая во внимание, что производство по уголовному делу в отношении [сотрудников полиции] не окончено, суд не усматривает возможности предоставления запрашиваемой информации, ― говорится в письме за подписью председательствующего судьи Андрея Черных.

Таким образом, ни в одной из структур, которые могут отреагировать на заявления о давлении, не подтвердили, что сообщения трех свидетелей были проверены.

Почему суд и прокуратура не отреагировали на заявления о давлении. Мнение юристов

Опрошенные «7×7» адвокаты и правозащитники согласились, что не реагировать на заявления о давлении нельзя. Кировский адвокат Сергей Носков отметил, что формально каждая из сторон имеет право обратиться с заявлением о проведении проверки.

― При нормальном течении процесса, если свидетель говорит о нарушениях при его допросе, которые фактически содержат признаки состава преступления, прокурор должен инициировать проверку и направить информацию в СК. Все-таки функция прокуратуры ― обеспечивать соблюдение законодательства, а не только поддержание обвинения в суде.

В результате СК проведет проверку и вынесет постановление либо о возбуждении уголовного дела, либо об отказе. Для суда это идеальный вариант для последующей оценки доказательств.

Защитнику тоже никто не мешает по итогу судебного заседания, на котором свидетель говорил о давлении, направить в СК заявление с просьбой провести проверку, но тут уже вопрос, насколько это тактически нужно защите, ― указывает он.

https://www.youtube.com/watch?v=jQ6kNXiyM1k

Координатор общественного движения «Русь сидящая» Пётр Курьянов в разговоре с «7×7» объяснил, что суд не может заменить собой орган дознания, потому что проверка по заявлению о том или ином преступлении — дело уполномоченных на то органов.

― Законом предусмотрено, что, если человек делает такое заявление, оно сразу фиксируется в протоколе судебного заседания, ― добавляет он. ― Участвующий прокурор в соответствии с приказом Генеральной прокуратуры рапортом докладывает об этом своему начальству. Отправляет материал по подследственности, ему присылают ответ ― отказ в возбуждении уголовного дела.

Большинство опрошенных редакцией юристов сошлись во мнении, что если проверки в отношении следователя и проводятся, то все равно носят формальный характер.

― Проигнорировать сообщения [о давлении] судья не может, так как это, по сути, сообщение о преступлении. Другое дело, что свидетель редко категорично настаивает на том, что на него оказывалось давление.

Обычно на вопрос судьи «В чем выражалось это давление?» свидетель говорит ерунду. Редко кто говорит конкретно, что его запугивали или били. Чистая психология: сначала на такого свидетеля кричат, потом предлагают давать показания, после дают подписать и торопят.

Если свидетель размазня, он подписывает почти не глядя, а иногда достаточно и двух слов, чтобы полностью изменить смысл показаний.

У меня был случай, когда на парня сначала кричали, потом он не прочитал толком протокол, и вместо «Серёги нет, он убит» в протоколе оказалось «Серёги нет, я его убил». Согласитесь, разный смысл, ― рассказал кировский адвокат Валерий Рылов.

По его мнению, опасений из-за такой проверки нет ни у прокуратуры, ни у следкома, так как обе стороны заранее знают результат:

— Придет проверяющий, посмеются, и ответ будет, что факты угроз и давления не подтвердились. Чтобы попасть под статью о превышении полномочий, следователь должен применять физическое насилие, а этим занимаются опера. К следователю приводят уже «готового» свидетеля, — считает Рылов.

Юрист «Команды 29» Евгений Смирнов добавил еще одну причину незаинтересованности надзорного ведомства:

― Прокуратура перед передачей дела в суд проверяет его, осуществляет надзор за уголовным делом, утверждает обвинительное заключение. То есть она за это дело ответственна, потому что она его пропустила. Они скованы этим решением, им невыгодно реагировать — придется сказать, что весь предыдущий надзор был неэффективным.

Юрист Носков добавляет, что факт давления сложно доказать.

— Провести проверку — не проблема, проблема ― как эта проверка сможет установить давление, если нет свидетелей, телесных повреждений, а подписи свидетеля стоят в протоколе. Формулировки «он мне сказал, я испугался и дал ложные показания» [не работают]. На практике доказать [давление] почти нереально, — считает он.

Курьянов и Смирнов рассказывают, что заявления о давлении суд оценивает почти всегда одинаково.

― Подсудимый говорит, например, что раньше давал признательные показания, но они добыты путем принуждения и иных незаконных действий. «Подавали заявление? ― Да, решено отказать в возбуждении уголовного дела. ― Все, вопрос исчерпан», ― рассказывает Курьянов.

— Если обращений по поводу давления до суда не было, ― продолжает он, ― суд пишет стандартную формулировку: «К показаниям обвиняемого, что его били, пытали, заставляли, отнестись критически и рассматривать это как средство уйти от уголовной ответственности». Если суд не проводил проверку по заявлениям о давлении, то в приговоре судья должен отразить, каким показаниям свидетеля он доверяет больше и почему, — уточнил Евгений Смирнов.

Как свидетеля подталкивают к «нужным» показаниям

Правозащитники приводят в своих рассказах одну и ту же схему, по которой можно заставить свидетеля обвинения дать нужные показания. По словам Смирнова, человека «просто ловят на не совсем законном поступке»:

— Говорят: выбирай, либо показания, которые нам нужны, либо возбуждение в отношении тебя уголовного дела. И люди часто выбирают показания. Хотя не все, конечно.

— В зависимости от того, насколько человек причастен к этой истории, ему (без адвоката, естественно) говорят: дружок, ты замечен в таком-то деле.

Выбирай, садишься рядом на скамью подсудимых и уезжаешь в СИЗО прямо сейчас со статусом подозреваемого или обвиняемого, либо подписываешь текст, который мы тебе даем в рамках допроса, и идешь домой.

Если свидетель начинает вспоминать про адвоката, следователь приводит адвоката по назначению. И все складывается опять же в нужном следователю русле, ― поясняет Курьянов.

После общения со следователями некоторые свидетели по делу юрьянских полицейских пришли в суд с адвокатами. «7×7» попросил экспертов разъяснить, насколько этот ход гарантирует человеку соблюдение всех прав.

― Конечно, с этими людьми надо общаться только в присутствии адвоката, ― убежден Валерий Рылов. ― Причем адвокат должен быть ваш, то есть приглашенный вами, а не следователем.

Дармовых адвокатов не бывает, а если их работу оплачивает полиция, то понятно, кому они обязаны. Отказаться потом от показаний, данных без защитника, сложно, там же стоит подпись человека.

Проведут проверку, и потом судья примет как достоверные те, первые показания. А про вторые напишет, что они были даны с целью облегчить положение обвиняемого.

Он советует не поддаваться на угрозы и уговоры и внимательно читать то, что дают на подпись. «И ничего не бойтесь, они сами всего боятся», ― заключает адвокат.

Сергей Носков уточняет: если свидетель говорит правду и стоит на своем, следователю крайне сложно свернуть его с этого, а если же он сам «пытается найти, как ему лучше, то тут и начинается».

― Присутствие адвоката сильно снижает шансы оказаться под давлением, ― согласен Смирнов. ― В то же время, если на человека оказывается давление и он обладает какой-то юридической грамотностью, он может сразу фиксировать все это в протоколе и писать соответствующие жалобы. Фактически он будет делать ту же самую работу, что делал бы адвокат.

По словам юриста «Команды 29», придание публичности фактам давления также играет важную роль: «Если будет опубликовано аудио или видео беседы со следователем, где есть угрозы, это будет иметь большой вес».

Пётр Курьянов в разговоре с «7×7» отметил, что присутствие адвоката на процессуальных действиях крайне важно, но привел в пример инцидент, когда это особо ничего не изменило. По его словам, зачастую человека уговаривают прийти как свидетеля буквально для подписи под двумя-тремя словами, обещая, что ничего страшного нет и в адвокате нет необходимости.

― Как только человек пересекает проходную, оказывается в кабинете следователя, события могут развиваться вообще непредсказуемо. Летом свидетель, успешный бизнесмен, пришел с адвокатом (который собаку съел на таких делах).

Тут же в кабинет заходят оперативники, следователь тут же на глазах выписывает им постановление изъять телефон у свидетеля, так как имеется информация [о преступлении]. Адвокат, естественно, начал говорить какие-то слова, что не в таком порядке это делается…

Оперативники просто-напросто физически отстранили адвоката в сторону и потребовали у свидетеля телефон. Человек на растерялся, понял, что ситуация патовая, выхватил телефон, — и прямо в кабинете, не задумываясь, переломил его пополам и выкинул в окно, ― смеется координатор «Руси сидящей».

― А в телефоне не сведения о преступлениях, там весь его бизнес — как его отдать, если бизнес очень любят отнимать? Бизнесмен этот, кстати, так и остался в статусе свидетеля.

Ирина Шабалина, «7х7»

Источник: https://7x7-journal.ru/articles/2018/09/13/v-sude-nad-policejskimi-v-kirovskoj-oblasti-svideteli-zayavili-o-davlenii-sledovatelej-kak-dolzhny-byli-otreagirovat-sud-i-prokuratura-i-chto-oni-sdelali-na-samom-dele

Справка по обобщению кассационной и надзорной практики Иркутского областного суда по гражданским делам по трудовым спорам за 2009 год

Можно ли в областном суде допрашивать свидетелей по делу о незаконном увольнении?

Справкапо обобщению кассационной и надзорной практикиИркутского областного суда

по гражданским делам по трудовым спорам за 2009 год

Всего Иркутским областным судом за 2009 год в кассационном порядке было рассмотрено 586 гражданских дел по трудовым спорам, в том числе: по искам о восстановлении на работе – 230 дел, из них: отменены решения по 42 делам (в том числе, по 38 делам – с направлением на новое рассмотрение, по 4 делам вынесены новые решения), оставлены без изменения решения по 188 делам; по искам о взыскании заработной платы и других выплат, предусмотренных трудовым законодательством, – 205 дел, из них: отменены решения по 32 делам (в том числе, по 31 делу – с направлением на новое рассмотрение, по 1 делу вынесено новое решение), оставлены без изменения решения по 172 делам; по другим трудовым спорам – 151 дело, из них: отменены решения по 22 делам (в том числе, по 20 делам – с направлением на новое рассмотрение, по 2 делам вынесены новые решения), оставлены без изменения решения по 129 делам.

В порядке надзора за 2009 год рассмотрено 12 дел по трудовым спорам, в том числе, по искам о восстановлении на работе – 2 дела (отменены решения суда и определения кассационной инстанции с направлением дел на новое рассмотрение в суд первой инстанции); по искам о взыскании заработной платы – 5 дел, из них: по 2 делам отменены решения суда и определения кассационной инстанции с направлением дел на новое рассмотрение в суд первой инстанции, по 2 делам отменены решения мировых судей и апелляционные определения с направлением дел на новое рассмотрение в суд первой инстанции, по 1 делу отменены решение мирового судьи и апелляционное определение и производство по делу прекращено; по другим трудовым спорам – 5 дел, из них: по 3 делам отменены решения мирового судьи и апелляционные определения с направлением дел на новое рассмотрение в суд первой инстанции, по 1 делу отменено решение суда и определение кассационной инстанции с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, по 1 делу отменено апелляционное решение с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

По результатам обобщения можно сделать вывод, что в основном районные и городские суды Иркутской области, мировые судьи правильно применяют нормы материального и процессуального права при рассмотрении дел данной категории, выносят законные и обоснованные решения. Однако имеют место и ошибки в применении судами норм материального и процессуального права, которые послужили основаниями для отмены судебных решений.

При рассмотрении конкретных случаев отмены и изменения судебных решений необходимо разграничить гражданские дела по искам о восстановлении на работе по основаниям прекращения трудового договора, предусмотренным Трудовым кодексом РФ.

В соответствии со ст.77 Трудового кодекса РФ основаниями прекращения трудового договора являются:

1) соглашение сторон (статья 78 Трудового Кодекса);

2) истечение срока трудового договора (статья 79 Трудового Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения;

3) расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 Трудового Кодекса);

4) расторжение трудового договора по инициативе работодателя (статьи 71 и 81 Трудового Кодекса);

5) перевод работника по его просьбе или с его согласия на работу к другому работодателю или переход на выборную работу (должность);

6) отказ работника от продолжения работы в связи со сменой собственника имущества организации, с изменением подведомственности (подчиненности) организации либо ее реорганизацией (статья 75 Трудового Кодекса);

7) отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (часть 4 статьи 74 Трудового Кодекса);

8) отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы (части 3 и 4 статьи 73 Трудового Кодекса);

9) отказ работника от перевода на работу в другую местность вместе с работодателем (часть 1 статьи 72-1 Трудового Кодекса);

10) обстоятельства, не зависящие от воли сторон (статья 83 Трудового Кодекса);

11) нарушение установленных Трудовым Кодексом или иным федеральным законом правил заключения трудового договора, если это нарушение исключает возможность продолжения работы (статья 84 Трудового Кодекса).

Трудовой договор может быть прекращен и по другим основаниям, предусмотренным Трудовым Кодексом и иными федеральными законами.

Статья 81 Трудового кодекса РФ содержит основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя.

Пункт 1 части 1 статьи 81 ТК РФ предусматривает расторжение трудового договора в случае ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.

В 2009 году судебной коллегией по гражданским делам Иркутского областного суда было отменено 2 решения суда по делам указанной категории в части взыскания заработной платы за время вынужденного прогула.

Так, определением судебной коллегии от 1 октября 2009 года отменено решение суда в части взыскания с Р. в пользу Я. средней заработной платы за время вынужденного прогула в размере 27 055 руб.

В обоснование доводов к отмене решения в части судебная коллегия указала, что взыскивая с ответчика в пользу истца среднюю заработную плату за время вынужденного прогула с 4 декабря 2008 года по 7 июля 2009 года, то есть, на день принятия судебного решения, суд исходил из того, что работодатель неправильно определил дату увольнения истца, при этом формулировка основания ее увольнения судом не изменена. Однако суд не учел, что запись о государственной регистрации прекращения Р. деятельности в качестве индивидуального предпринимателя внесена в Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей 17 марта 2009 года. Определение периода вынужденного прогула по 7 июля 2009 года судом не мотивировано и не обосновано.

Судебная коллегия также посчитала заслуживающим внимания довод кассационной жалобы ответчика о том, что по окончании срока действия листков нетрудоспособности (5 ноября 2008 года) истец не вышел на работу.

Причины, по которым истец по окончании временной нетрудоспособности не приступил к работе, судом не устанавливались и не исследовались.

Вместе с тем, проверка этих обстоятельств влияет на определение периода вынужденного прогула.

Определением судебной коллегии от 8 декабря 2009 года отменено решение суда в части взыскания среднего заработка за период вынужденного прогула в размере 26 816 руб. 16 коп. и в этой части принято новое решение, которым в иске X. к администрации МО о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула отказано.

В обоснование доводов к отмене решения в части судебная коллегия указала, что судом оставлено без внимания и оценки существенное для правильного разрешения спора обстоятельство, без учета которого решение суда не может быть признано законным и обоснованным в соответствии с требованием ст.195 ГПК РФ.

Удовлетворяя исковое требование X. о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, суд не учел, что в силу требования п.

62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ “О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса РФ” при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным, выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету.

Из материалов дела следует, что X. при увольнении были выплачены выходное пособие и средний месячный заработок в сумме 37 952 руб. 98 коп.

Суд своим решением взыскал с администрации МО в пользу X. средний заработок за период вынужденного прогула в размере 26 816 руб. 16 коп. без зачета выплаченного выходного пособия, в то время как сумма выплаченного выходного пособия превышает сумму взысканного судом среднего заработка за время вынужденного прогула.

Пункт 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ предусматривает расторжение трудового договора в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

Судебной коллегией были отменены 8 решений суда по делам указанной категории.

Так, определением судебной коллегии от 6 ноября 2009 года отменено решение суда в части иска о взыскании с МП МО “город Тулун” в пользу А. средней заработной платы за время вынужденного прогула в размере 3 110 руб. 66 коп. и принято новое решение об отказе в этой части в иске.

Отменяя решение в части, судебная коллегия указала, что суд, удовлетворяя требования А. в части взыскания с ответчика в ее пользу средней заработной платы за 68 дней вынужденного прогула, определил, что с ответчика в пользу истца подлежало выплатить 22 380 руб. 93 коп., вместе с тем, суд не учел, что ответчик в пользу истца выплатил на 3 110 руб. 66 коп. больше.

Таким образом, суд оставил без внимания, что выплаченное ответчиком в пользу истца выходное пособие при взыскании среднего заработка подлежало зачету.

Определением судебной коллегии от 28 августа 2009 года отменено решение суда по делу по иску М. по тем основаниям, что суд первой инстанции признал законным увольнение истицы по сокращению штатов, однако решение суда не содержит выводов о том, что действительно имело место реальное сокращение штата работников, материалы дела свидетельствуют о проведенной работодателем реорганизации.

Источник: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/34639140/

Гендиректор ЗАЛКа, который дает показания против Шишки в деле о нанесении многомиллионного ущерба государству, заявил об угрозах – Судовий репортер

Можно ли в областном суде допрашивать свидетелей по делу о незаконном увольнении?

Вчера, 17 октября, в Коммунарском районном суде продолжилось заседание с допросом свидетелей по делу о нанесении государству и ущерба в 13 миллионов гривен в ходе проведения незаконной процедуры закупки авто «скорой помощи» за счет субвенции из госбюджета.

Напомним, что в качестве обвиняемых по делу фигурирует главврач Запорожской областной клинической больницы Игорь Шишка, начальница отдела материально-технического обеспечения ЗОКБ Неонила Добрица и экс-директор «ЛАЗа» Александр Строганов.

На этот раз были допрошены свидетели со стороны обвинения, которых вызвал суд. Всего было допрошено около 15 свидетелей. Ключевым свидетелем обвинения является скандальный генеральный директор «Запорожского алюминиевого комбината», который в 2012 году на момент совершения преступления работал юристконсультом  и главой конкурсного комитета по проведению торгов Запорожской областной больницы.

Лобикова вызывали на заседание суда последние два месяца, но тот не появлялся под разными предлогами. В итоге, чтобы как-то возыметь на него действие. суд использовал привод.

Перед тем как дать присягу и приступить к допросу, Дмитрий Лобиков неожиданно стал просить суд защитить его как свидетеля и выдать охрану.

Он заявил, что пребывая в Киеве около своего дома, к нему подошел неизвестный человек, который якобы представляет интересы адвокатского бюро Максима Джеваги (адвокат Игоря Шишки в данном уголовном производстве) и порекомендовал ему не давать показания в суде, поскольку на руках у адвоката есть информация о том, что Лобиков оказывал юридические услуги и получал за это деньги. Неизвестный заявил, что в случае несогласия настанут «соответствующие последствия». Сам Лобиков расценил эту встречу как прямую угрозу своей жизни и здоровью и добавил, что за ним могут следить.

Суд не нашел никаких оснований и подтверждения реальных угроз в рассказе директора ЗАЛКа и отказал ему в предоставлении охраны.

Адвокат Игоря Шишки Максим Джевага попросил суд вообще не допрашивать Лобикова, поскольку тот, работая в больнице юристконсультом, также оказывал адвокатские услуги и общался с главврачом по рабочим вопросам. Сторона защиты заявила, что Лобиков не может быть допрошен как свидетель, поскольку обязан хранить адвокатскую тайну.

В ходе суда сам Лобиков заверил, что действительно оказывал адвокатские услуги больнице, но в период времени, который рассматривается в производстве — сентябрь-декабрь 2012 года, он в больнице адвокатом не работал и не получал за свои услуги бюджетные деньги.

Суд не удовлетворил ходатайство адвоката и приступил к допросу этого свидетеля.

Гендиректор «ЗАЛКа» подтвердил, что  изначально должны были закупать 4 реанимобиля типа «С» и 38 легковых автомобилей специальных (санитарных) авто  типа «В» по процедуре открытых торгов, но тендер сорвался из-за того, что представители фирмы не получили регистрацию. Позже было принято решение в срочном порядке провести вторую закупку до конца бюджетного года на 26 автомобилей типа «А», чтобы потом их переоборудовать.

— Было постановление Кабмина о выдаче субвенции. Это делалось под выборы и торги должны были проводиться срочно. Математически у нас не получалось провести обычные торги до указанного срока, тогда меня начали «обрабатывать» и требовали, чтобы торги были проведены по сокращенной процедуре у одного участника.

У нас происходили скандалы с криками: «партия сказала!», » мы должны партии показать» и. т. д. Речь шла о «Партии регионов», членом которой тогда состоял Игорь Шишка. Он ссылался на требование покойного губернатора Александра Пеклушенка.

После скандала процедуру все же объявили под предлогом насущной необходимости, — объяснил Лобиков.

Якобы сам Лобиков выступал против такой идеи и долго противился подписывать протокол, но на него надавил сам Игорь Шишка, который на тот момент работал заместителем губернатора и руководил вопросами здравоохранения области.

В чем конкретно заключалось давление Лобиков так и не смог объяснить, однако признался, что они часто спорили на повышенных тонах и Шишка не единожды грозился его уволить.

Учитывая, что Лобиков работал на тот момент в ЗОКБ на 0,25 ставки, и зарплата в больнице не была его основным источникам дохода, подобная угроза кажется не слишком убедительной.

По словам Лобикова еще до момента подписания договора, было известно, кто станет реальным поставщиком «скорых» и его познакомили с Александром Строгановым, который являлся директором ООО «ТФК ЛАЗ». Фирма «ЛАЗ»  на тот момент не имела государственной лицензии на закупаемый вид транспорта.

Все понимали, что речь идет о серьезном подлоге, поэтому должностные лица боялись брать на себя ответственность и подписывать злополучный договор. Руководитель областной больницы Николай Федорчук, который в этот период времени значился «и.

о главврача» скоропостижно уехал из города и почетную миссию заверить документ доверили  заместителю главы ЗОКБ по медицинской части Николаю Красько.

Последний на суде также  признался, что он никогда ранее не подписывал такого рода договора и долго не хотел ничего визировать, однако Игорь Шишка в телефоном режиме сказал ему, что покупка «скорых» — это очень важно для всей области. Наставление возымело магический эффект и тут же все документы были подписаны, а за ними и акты приема-передачи.

После автомобили скорой помощи, которые не были оборудованы никакой аппаратурой,  раздали в районные центральные больницы, где они практически не эксплуатировались по ряду причин, а уже через год машины поставили на баланс «Областного центра скорой медицинской помощи и медицины катастроф». На сегодня медавтомобили успешно используются фельдшерскими, реанимационными и транспортными бригадами.

Юристконсульт из ЗАЛКа Александра Васильченко, которая на тот момент работала юристом в областной больнице, рассказала, что у одного участника могут закупаться товары, если он является монополистом или есть срочная необходимость.

Сам обвиняемый Игорь Шишка отметил, что во время обысков у юридического отдела обнаружили чистые листы с бланком областной больницы и проставленной гербовой печатью.

Васильченко подтвердила, что во время следственных действий у нее дома в папке с черновиками обнаружили транспортные накладные и оригиналы переговорной процедуры с компанией-поставщиком, но каким образом они туда попали — девушка якобы не знает.

Сторона защиты предполагает, что юристы из команды Лобикова могли специально взять внутренние документы, чтобы использовать их в своих целях.

В настоящий момент у прокуроров и адвокатов осталось еще множество невыясненных обстоятельств с основным свидетелем Дмитрием Лобиковым, который продолжит давать показания в сегодняшнем судебном заседании.

Источник: https://sud-report.com.ua/hendyrektor-zalka-kotoryj-daet-pokazanyia-protyv-shyshky-v-dele-o-nanesenyy-mnohomyllyonnoho-ushcherba-hosudarstvu-zaiavyl-ob-uhrozakh/

Прав-помощь
Добавить комментарий