Обвинение. но я не совершала данного преступления

Адвокату Лидии Голодович предъявлено обвинение

Обвинение.  но я не совершала данного преступления

6 февраля адвокату АП Ленинградской области Лидии Голодович было предъявлено обвинение в двух преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст.

318 УК РФ (применение насилия либо угроза применения насилия в отношении представителя власти).

Об этом «АГ» сообщил вице-президент АП Ленинградской области Денис Лактионов, выступающий в качестве защитника адвоката. Он добавил, что на сегодня назначена дача развернутых показаний.

В комментарии «АГ» Лидия Голодович отметила, что в постановлении о предъявлении обвинения содержатся общие, ничего не значащие фразы: «Не знаю, как дать ему оценку».

Она подчеркнула, что следователь всячески уклонялась от того, чтобы допросить ее в качестве обвиняемой.

«Я не вижу перспектив по поводу законного расследования дела, тем более что там участвует председатель суда, что само по себе делает попытки вернуться к законности более маловероятными», – указала адвокат.

Обстоятельства уголовного преследования

На задержанную в здании суда адвокатессу «завели» уголовное делоЛидия Голодович считает, что причиной возбуждения уголовного дела послужили ее заявления, в которых она просила привлечь к ответственности сотрудников Росгвардии и ФССП за превышение должностных полномочий и нанесение ей телесных повреждений

Ранее «АГ» рассказывала о задержании адвоката в здании Невского районного суда г. Санкт-Петербурга после того, как она попыталась добиться пропуска на заседание свидетеля по гражданскому делу, в котором представляла одну из сторон. Судебные приставы, руководствуясь Правилами поведения граждан в здании суда, отказались пропустить молодого человека, поскольку он был в укороченных брюках, которые они сочли шортами. В итоге из приемной председателя суда, у которого Лидия Голодович хотела получить разрешение на пропуск свидетеля, ее вывели в наручниках и доставили в отдел полиции. Позже она направила в ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу два заявления о преступлении, в которых просила привлечь к уголовной ответственности судебного пристава и сотрудника Росгвардии, задержавшего ее. В отношении же адвоката было возбуждено уголовное дело по двум признакам составов преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 318 УК РФ.

11 сентября, после публикации на сайте «АГ» новости о возбуждении уголовного дела в отношении Лидии Голодович, президент ФПА Юрий Пилипенко направил письмо заместителю министра юстиции Денису Новаку с описанием ситуации и просьбой поручить провести проверку законности действий сотрудников правоохранительных органов.

После обращения ФПА Минюст вступился за адвоката Лидию ГолодовичВедомство сообщило ФПА о направлении писем в ФССП и Росгвардию с просьбой принять меры, если будут выявлены нарушения требований законодательства их сотрудниками при задержании адвоката

В ответном письме Минюста было указано, что ведомством направлены письма в Федеральную службу войск национальной гвардии и Федеральную службу судебных приставов с просьбой принять меры в случае установления нарушений требований законодательства.

Также Минюст обратился в Совет судей РФ с просьбой выработать единообразный подход к установлению правил внутреннего распорядка судов, учитывающих требования Закона об адвокатуре и исключающих создание препятствий для реализации конституционного права граждан на доступ к судебной защите. В результате в начале 2019 г. Совет судей подготовил проект Типовых правил пребывания посетителей в судах, который в настоящий момент находится на стадии обсуждения, хотя уже успел вызвать критику со стороны адвокатов и правозащитников. 

Ходатайства и заявления

В проекте Типовых правил пребывания посетителей в судах забыли о гласности судебного разбирательстваНаибольшую критику вызвало указание на то, что для прохода в суд посетитель должен иметь документ, дающий право на пребывание в нем

Как рассказала Лидия Голодович, 28 января на личном приеме она подала руководителю ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу генерал-лейтенанту юстиции Александру Клаусу ходатайство об изменении подследственности уголовного дела (имеется у «АГ»).

Адвокат отметила, что по делу имеются обстоятельства, которые могут поставить под сомнение объективность и беспристрастность следователей и руководства СО по Невскому району. Лидия Голодович указала, что председатель Невского районного суда Санкт-Петербурга Сергей Горобец является свидетелем по делу о якобы совершенном ею преступлении.

Она отметила, что 25 декабря 2018 г. и 22 января подавала заявления об отводе руководителя СО по Невскому району ГСУ СК России по С-Петербургу А. Черненко, заместителей руководителя СО по Невскому району А. Панжева и А. Головкина, следователя Е. Бедриной. Однако, по состоянию на 28 января они так и не были не рассмотрены.

«Данные заявления содержат основания отвода, которые, по факту, являются и обстоятельствами, исключающими объективность и беспристрастность следователей и руководства СО по Невскому району при расследовании вышеуказанного уголовного дела», – указала Лидия Голодович.

Адвокат сослалась на ст.

2 УК, в соответствии с которой задачами уголовного производства являются защита личности, общества и государства от уголовных правонарушений, охрана прав, свобод и законных интересов участников уголовного производства, а также обеспечение быстрого, полного и беспристрастного расследования и судебного рассмотрения, с тем чтобы каждый, кто совершил уголовное правонарушение, был привлечен к ответственности в меру своей вины, ни один невиновный не был обвинен или осужден, ни одно лицо не было подвергнуто необоснованному процессуальному принуждению и чтобы к каждому участнику уголовного судопроизводства была применена надлежащая правовая процедура.

Лидия Голодович отметила, что расследование уголовного дела в СО по Невскому району, являющемся местом совершения преступления, не согласуется с положениями ст. 2 УК. Также она указала, что в соответствии со ст.

152 УПК по мотивированному постановлению руководителя вышестоящего следственного органа уголовное дело может быть передано для производства предварительного расследования в вышестоящий следственный орган с письменным уведомлением прокурора о принятом решении.

Кроме того, Лидия Голодович подала заявление (имеется у «АГ»), в котором указала, что следователь Ю. Шустик без проведения надлежащей проверки по ложным заявлениям судебного пристава Э. Рахманова и сотрудника Росгвардии Д.

Хлопонина представил Александру Клаусу сфальсифицированный материал проверки по сообщению о преступлении, в результате рассмотрения которого 14 августа 2018 г.

руководитель ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу и возбудил в отношении нее уголовное дело.

Адвокат попросил изменить территориальную подследственность уголовного дела и передать для производства предварительного расследования в ГСУ СК РФ по г. Санкт-Петербургу с последующим рассмотрением вопроса о его прекращении.

В комментарии «АГ» Лидия Голодович отметила, что в данном случае единственные законные способы борьбы – подача жалоб в порядке ст. 124 УПК, заявлений об отводах и ходатайств: «Эти способы должны применяться, а документы рассматриваться, по ним должны приниматься решения, однако этого не делается».

Она указала, что подала ходатайство об изменении подследственности для того, чтобы хотя бы те люди, которые, по ее мнению, «сфабриковали» материал, не расследовали уголовное дело.

«Ходатайство по закону рассматривается в течение трех дней. Я была на личном приеме 28 января. Оно до сих пор не рассмотрено», – отметила Лидия Голодович. При этом адвокат подчеркнула, что Е.

Бедрина знает о поданном ходатайстве, но продолжает расследовать дело.

Прекращение уголовного дела в связи с уплатой судебного штрафа

Стоит отметить, что по данной ситуации поднимался вопрос о прекращении уголовного дела в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа (ст. 25.1 УПК).  

Лидия Голодович указала, что данная статья предусматривает признание вины, однако преступление она не совершала. «Если человек не совершает преступление, почему он должен приносить извинения?» – задается вопросом адвокат.

Кроме того, она рассказала, что подала в Высшую квалификационную коллегию судей заявление о том, что председателем суда совершен дисциплинарный проступок.

«Все это и происходило в том числе и из-за нежелания председателя суда разрешить эту ситуацию.

Вся история началась с того, что секретарем в приемной была в данном случае необоснованно применена тревожная кнопка», – указала Лидия Голодович.

Позиция защиты и АП Ленинградской области

В комментарии «АГ» Денис Лактионов указал, что Лидия Голодович не признает себя виновной по всем пунктам предъявленного обвинения.

Говоря о дальнейших действиях, он отметил, что будет заявляться ряд ходатайств о том, чтобы провести очные ставки, повторные судебно-медицинские экспертизы. «Последние вызывают сомнения, являются противоречивыми.

Они не соответствуют документам, представленным экспертом», – пояснил защитник.

Он добавил, что в данном случае АП Ленинградской области не может выполнять процессуальные действия, однако она заинтересована в том, чтобы защита выполняла свои функции. «О ходе расследования мы докладываем руководству палаты и в Совет», – указал Денис Лактионов.

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/advokatu-lidii-golodovich-predyavleno-obvinenie/

Молниеносно и неожиданно

Обвинение.  но я не совершала данного преступления

Съемка: Влад Докшин, монтаж: Глеб Лиманский / «Новая газета»

В четверг в Басманном суде Москвы снова было людно: перед входом толпились десятки людей, журналистов с камерами, которых не пускали в здание суда. В 11.30 должен был состояться суд о продлении меры пресечения 34-летнему предпринимателю Алексею Миняйло.

У зала заседаний чинно прогуливались священники в черных рясах. Протоиреи во главе с настоятелем храма Животворящей Троицы в Хохлах Алексеем Уминским пришли выразить свой протест против несправедливого «московского дела» и выступить поручителями Миняйло.

Началось заседание спустя три часа.

Было оно молниеносным и неожиданным.

«Алексей невиновен, и мы считаем, что дело о массовых беспорядках должно быть прекращено», — заявил журналисту «Новой» протоиерей Алексей Уминский, настоятель храма Живоначальной Троицы в Хохлах. Ирина Гордиенко / «Новая»

Адвокат Алан Гамазов выступил с ходатайством об изменении меры пресечения его подзащитному на домашний арест, а также о допросе свидетелей защиты — поручителей — священников и общественных деятелей.

Следователь Вячеслав Люфт ходатайствовал о продлении меры пресечения Миняйло на три месяца, так как, по мнению следствия, 27 июля на акции «имели место массовые беспорядки и «вооруженное сопротивление» сотрудникам правоохранительных органов

(это была первая неожиданность — ни в одних материалах дела о массовых беспорядках речи о «вооруженном сопротивлении» не идет)».

А за несколько дней до этого руководитель следственной группы Рустам Габдуллин утверждал: «Получены доказательства активного участия Миняйло 27.07.2019 в несогласованной акции». Следователь Люфт поддержал своего начальника Габдуллина на суде в том, что Миняйло в чем-то виновен, но при этом попросил все же изменить меру пресечения на домашний арест.

Тут поднялась прокурор Мещерякова — белокурая женщина с ярким румянцем. Она была немногословна: «Причин содержания под стражей для обвиняемого не вижу. Прошу освободить в зале суда», — сказала она тихим голосом.

— Что? — переспросил судья Карпов. — Вы имеете в виду смягчить на домашний арест?

— Нет, я имею в виду, освободить в зале суда из-под стражи. Причин для ареста не усматриваю.

Это была вторая неожиданность: прокуратура потребовала для обвиняемого меру мягче, чем его адвокат.

Зал замер. Судья удалился на решение. И через 15 минут вернулся:

— В материалах уголовного дела в отношении Миняйло не усматриваются признаки массовых беспорядков. Учитывая это, в действиях обвиняемого усматриваются лишь признаки состава административного правонарушения. При этом не имеется оснований для лишения свободы и оснований для содержания под стражей. Освободить в зале суда.

Алексей Миняйло. Влад Докшин / «Новая газета»

Напомним, Алексея Миняйло обвиняют по части 2 статьи 212 УК РФ — «участие в массовых беспорядках» на акции 27 июля. Свою вину Миняйло не признает: большую часть дня он провел в Хамовническом суде, поддерживая незарегистрированного кандидата Любовь Соболь, в штабе которой во время избирательной кампании он занимался обучением волонтеров.

Задержали Миняйло около половины восьмого вечера на подходе к Трубной площади, где проходила акция. Принять в ней участие он так и не успел.

2 августа его поместили в СИЗО «Матросская Тишина», где он содержался до четверга, 26 сентября. Спустя два месяца, несмотря на заявления руководителя следственной группы Габдулина о том, что были отсмотрены более 3000 часов видеозаписей и допрошены более 350 свидетелей, было очевидно: фабулы преступления у следователей нет, а доказательств причастности к этому Миняйло — тем более.

Вечером Следственный комитет прекратил уголовное дело в отношении Алексея Миняйло.

  • Напомню, под домашним арестом по обвинению по части 2 статьи 212 УК РФ остается Сергей Фомин, а также те, у кого осталось обвинение по части 1 статьи 318 (применение насилия к представителю власти).
  • Иван Подкопаев, Евгений Коваленко, Кирилл Жуков уже получили приговоры по 318-й статье, но статья 212 с них еще не снята.
  • Также по двум статьям обвинения у Самариддина Раджабова.
  • Егор Жуков, еще один фигурант «московского дела», обвиняется в призывах к экстремизму.

Закрыть уголовное дело о «массовых беспорядках», которое Следственный комитет РФ завел после мирных уличных акций 27 июля и 3 августа, потребовали больше 199 тысяч человек.

Петиция

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.

Источник: https://novayagazeta.ru/articles/2019/09/26/82128-molnienosno-i-neozhidanno

«Суд сказал, что Тамара Меаракишвили преступлений не совершала»

Обвинение.  но я не совершала данного преступления

Ленингорский районный суд оправдал гражданскую активистку Тамару Меаракишвили по обвинениям в клевете и незаконном приобретении югоосетинского гражданства на основании поддельного документа.

В судебном решении подчеркивается, что с нее снимаются все ограничения, связанные с уголовным преследованием.

Напомним, Меаракишвили почти два года была лишена свободы передвижения и фактически находилась под домашним арестом.

Сегодня Ленингорский районный суд под председательством судьи Фатимы Парастаевой прекратил уголовное дело в отношении гражданской активистки Тамары Меаракишвили за отсутствием в ее действиях состава преступления. По словам адвоката Меаракишвили Икрамжана Раматова, после двух лет тяжбы закон наконец восторжествовал:

«Два года упорного труда, физических и психологических срывов, но наконец-то закон восторжествовал, и мы получили то решение, которое должно было быть. Суд не обнаружил в ее деяниях состава преступления по всем инкриминируемым ей деяниям, иными словами, суд сказал, что Тамара Меаракишвили преступлений не совершала».

Тамара Меаракишвили подчеркивает, что судья Фатима Парастаева прямо указала, что отменяет все ограничения, связанные с этим делом:

«Судья сказала, что я теперь – полноценный гражданин Южной Осетии, сняла с меня запрет на выезд, поэтому я сейчас буду настаивать, чтобы восстановить мою свободу передвижения, чтобы вернули мои документы и вещи, изъятые во время обыска».

При этом и Тамара, и ее адвокат подчеркивают, что у стороны обвинения есть десять суток на обжалование приговора. Впрочем, по закону это не означает отмену вердикта. Прокуратура обязана вернуть Тамаре документы и снять с нее все ограничения, если суд второй инстанции не отменит существующее решение (в случае обжалования приговора).

О намерении обратиться в вышестоящую инстанцию заявили партийцы из «Единой Осетии». Глава регионального отделения правящей партии Спартак Дрияев по-прежнему настаивает на том, что гражданская активистка их оклеветала:

«Это, конечно, унижение чести и достоинства полностью нашего регионального отделения.

Если, допустим, вместо регионального отделения скажем «работники районного суда» или «работники районной прокуратуры» – то же самое будет! Почему они не хотят признать это? Это же дважды два четыре! Это, конечно, доказывает наше унижение – полностью. Нашего регионального отделения. Она должна быть наказана – наша позиция такая».

Напомним, в апреле 2017 года в интервью «Эху Кавказа» Тамара Меаракишвили сказала, что после победы Анатолия Бибилова на президентских выборах партийцы из регионального отделения «Единой Осетии» присматриваются к хлебным мессам.

Из-за этой публикации руководители местной партийной ячейки подали жалобу в районную прокуратуру, а та возбудила дело по ст.

128 УК (клевета, то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица в средствах массовой информации).

По мнению адвоката Икрамжана Раматова, обвинение изначально было незаконным, – уголовное дело возбуждается только за клевету против конкретного гражданина, но не партии или иного юридического лица:

«Мы привели постановление Верховного суда РФ, где конкретно указывается: истцы должны доказать, что в этом интервью именно о них идет разговор, упомянуты их имя-отчество, про них Тамара дает неправильные сведения и так далее. Но таких фактов там нет, о чем мы изначально говорили».

Судья Фатима Парастаева сняла с Тамары еще два обвинения: по ст. 324 – «незаконное приобретение официального документа», и ч. 3 ст. 327 – «использование заведомо подложного документа».

По версии следствия, Меаракишвили приобрела югоосетинский паспорт незаконно, сохранив при этом грузинское гражданство. То есть она солгала в своем заявлении, будто отказывается от грузинского гражданства, и должна понести за это наказание.

Икрамжан Раматов на эти обвинения ответил, что Тамара просила государство оказать ей услугу. Ради этого она писала заявление по установленной форме и прикладывала к нему бумаги в установленном государством порядке.

Но при этом ее заявление на получение гражданства не является официальным документом, оно и не влечет за собой ответственности, говорит Икрамжан Раматов:

«Разве ее заявление имеет какую-нибудь обязательственную силу в отношении прокурора, меня или кого-то еще? Разве это заявление может являться официальным документом? Полагаю, что нет. Что касается ст. 324 – «использование заведомо подложного документа».

Поясните, пожалуйста, у кого она незаконно приобрела документ, за какие деньги? Кто выдал ей паспорт? Почему вы не привлекаете должностных лиц за незаконную выдачу? Ведь это они не проверили ее заявление надлежащим образом, имеется ли у нее другое гражданство? А простого гражданина вы преследуете за ее активную гражданскую позицию и не более.

Поэтому мы говорим – докажите! У вас на сегодняшний день есть только умозаключения – и все. А доказательств нет никаких».

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Источник: https://www.ekhokavkaza.com/a/30048223.html

Не верь глазам своим. Приговорен за то, чего не совершал

Обвинение.  но я не совершала данного преступления

Как такое может случиться, когда человек получает 3,5 года колонии за действие, которое на видеозаписи с места события не может разглядеть никто? Дикое дело актера Павла Устинова. В студии общественные активисты Олег Козловский и Николай Кавказский, а также политик Яков Якубович.

Полная видеоверсия программы

Елена Рыковцева: Мы с вами обсуждаем довольно кошмарное событие – сегодня 3,5 года колонии получил человек, который ни сном ни духом ничего не совершал, более того, он не совершал это у нас с вами на глазах.

С нами Яков Якубович, политик, с нами Николай Кавказский, юрист и наблюдатель Московской Хельсинкской группы на процессе по делу Павла Устинова. А именно дело Павла Устинова, актера, мы будем сегодня обсуждать, именно он получил 3,5 года колонии за то, что произошло у нас с вами на глазах.

С нами Олег Козловский, правозащитник. Три видео существует всего того, о чем мы с вами будем говорить, одно из видео авторства Олега Козловского.

История кошмарна ровно тем, что ничего другого, кроме того, что вы увидите на этих кадрах, в деле не содержится, только рапорта якобы пострадавшего и его коллег, которые заламывали руки тому, кто с сегодняшнего дня должен отправиться в колонию. Давайте посмотрим сюжет.

Елена Рыковцева: К нам Юлия Устинова присоединилась, сестра Павла. Вам тоже хочу дать послушать свой разговор короткий с адвокатом Павла, его зовут Дмитрий Чешков.

Дмитрий Чешков: Если “рука вывихнута”, она, по сути, не должна функционировать, а там мы видим, что они все действуют нахраписто, потом начинают избивать еще Павла Устинова.

Согласно показаниям, которые дал потерпевший, у него якобы в этот момент было состояние болевого шока. Он боль то чувствовал, то не чувствовал. Потом он доставляет Павла Устинова в автозак, и у него уже в этот момент рука отнимается.

То есть абсолютно абсурднейшие показания потерпевшего, которые подтверждаются показаниями его сослуживцев.

Елена Рыковцева: Вот этот “вывих” произошел ровно в ту минуту, которую мы с вами видим на записи. То есть вся версия обвинения строится только на показаниях этого человека, больше ни на чем, и на рапортах тех, кто был рядом?

Дмитрий Чешков: Показания потерпевшего с привязкой к видео, которое было приобщено к материалам уголовного дела, но не в качестве вещественного доказательства.

Елена Рыковцева: Как раз все, кто видит это видео, понимают, что оно свидетельствует все-таки в пользу этого осужденного. Как с точки зрения защиты выглядели эти события? Вот стоит человек возле метро “Пушкинская”, кого-то, видимо, ждет, на него идет группа вооруженных людей. Что происходит дальше, как вы эту историю рассказываете суду, который не хочет смотреть видео?

Дмитрий Чешков: С юридической точки зрения здесь важна объективная сторона преступления и субъективная сторона преступления. У Павла должен зародиться умысел на то, чтобы причинить насилие в отношении представителей власти.

На него идут ускоренным шагом четверо, в экипировке, здоровенных омоновца, росгвардейца, у него в этот момент каким-то образом должен возникнуть умысел: причиню-ка я насилие именно этому представителю власти.

Физические действия здесь тоже очень важны, поскольку в приговоре суда тоже содержатся формулировки, что было оказано тянущее воздействие, тем самым был причинен вывих.

Чтобы тянущее воздействие оказать, необходимо ухватить как следует, потом уже потянуть, а здесь на видео даже видно, что он в правой руке держит смартфон. Одно, конечно, с другим не клеится.

Елена Рыковцева: После этого приговора случились новости канала “Россия-24”, если вы откроете сайт “Вести.ру”, вот такой заголовок: “Напавший на омоновца демонстрант получил 3,5 года колонии”. Во-первых, он назван демонстрантом, человек, который ни сном ни духом.

Корреспондент говорит, что он “приговорен за нападение на сотрудника ОМОНа”, он “оказал активное сопротивление и нанес тяжелые телесные повреждения”. Дальше говорит нам автор сюжета “Россия-24”: “Все это зафиксировали камеры видеонаблюдения (не показывают нам, что они зафиксировали), но он все равно не признает своей вины”.

Вот так это будет подано широкой российской аудитории: он напал, все это камеры зафиксировали, но вины он не признает. Что со всем этим делать, когда это все у нас на глазах происходит?

Яков Якубович: Это чудовищная история, и не только с Павлом, со всеми, кто попал под эту машину. Что с этим делать? К этому нужно привлекать общественное внимание.

Я хочу поздравить новоиспеченного депутата Мосгордумы Андрея Медведева, который выиграл в том округе, где должна была выдвигаться Юлия Галямина, это сотрудник ВГТРК, который является просто коллегой, а может быть, и имеет отношение к тому сюжету, который таким образом все это преподносит массовому зрителю, и в первую очередь региональному зрителю, не только московскому. Это возмутительно. Я считаю, что Андрей Медведев, если он действительно имеет честь и достоинство, должен сегодня же после этого сюжета принести извинения всем зрителям, а самое главное, семье этого человека, Павла Устинова, всем его друзьям и близким за ту чудовищную картину, которую дают на федеральном канале.

Елена Рыковцева: Если бы у него были честь и достоинство, он бы там просто не работал, он бы не смог.

Яков Якубович: Грош цена такому мандату, который получает человек, имеющий отношение к такого рода преподнесению картины. Андрей, если у вас есть честь и достоинство, вы либо должны сдать мандат, либо как минимум извиниться перед аудиторией, широкой, массовой аудиторией, а в первую очередь перед семьей этого человека.

Елена Рыковцева: Олег, вы были на площади во время этих событий, наверное, по своей правозащитной линии, вы видели этого человека. Вы его зафиксировали до того, как на него пошли эти люди?

Олег Козловский: Я его видел краем глаза, потому что я много ходил по площади. Какого-то значения особого я ему не придавал. Он немножко может быть выбивался из общей картины, потому что действительно не выглядело, что он здесь на своем месте.

В основном там люди были небольшими группками, вместе общались, он просто стоял один посреди площади. Может быть этим он и привлек к себе внимание полицейских. На площади было человек 200–300, площадь была оцеплена со всех сторон.

Из оцепления выходили небольшие группки по 4–5 сотрудников ОМОНа, которые иногда сразу кого-то хватали, иногда долго могли ходить по площади гусеницей, держась друг за друга, вдруг на кого-то набрасывались и утаскивали. Почему они выбрали этого человека, было совершенно непонятно.

Единственное, что объединяло, – это были в основном молодые мужчины.

Елена Рыковцева: Юлия, вашего брата родного назвали демонстрантом. Правильно я понимаю, что он не собирался ничего демонстрировать, он действительно шел по своим абсолютно другим житейским делам? Омоновец, который якобы пострадал, говорит, что он кричал “долой Путина, систему”. Вы его представляете в этой роли?

Юлия Устинова: На самом деле нет. Он может такое только на сцене делать, но не в жизни.

Елена Рыковцева: Вы ходите в суд. У вас какое ощущение, для чего выносится этот приговор, какую цель ставят, когда выносят приговор на основании рапорта человека, которого помяли свои же? Зачем они это делают, по-вашему, зачем такой приговор, на который мы все будем изумленно смотреть, возмущаться?

Юлия Устинова: Это показательная порка для всех. Они хотят из всех сделать фигурантов, чтобы люди больше не выходили ни на митинги, ни акции. Просто хотят заткнуть их, что ли, не дать слова свободного абсолютно никому.

Елена Рыковцева: Николай, вы сегодня были в суде. Николай на себе ощутил, что такое российское правосудие, он был арестантом по “Болотному делу”, год провел в заключении и еще под домашним арестом полгода. Что изменилось за это время в российском судопроизводстве по отношению к политическим?

Николай Кавказский: Принципиально ничего не изменилось. Я считаю, что новое “московское дело” является по факту ремейком того “Болотного дела”, по которому сидел я и мои товарищи. То же самое беззаконие, которое превратилось в абсолютную рутину. Власти выгодно, чтобы это превращалось в рутину, чтобы мы привыкали к этому, не обращали на это внимания.

Это действительно становится страшно, когда пытки, когда фальсификация выборов, когда абсолютное бесправие в суде превращается в такую рутину, на которую мы не обращаем внимания. Суд, очевидно, имел обвинительный уклон.

Я заслушал полностью приговор, который сегодня зачитывал судья, который является фигурантом “списка Магнитского”, Криворучко, он не принял во внимание ни свидетелей защиты, которые действительно видели, что там происходило, не обратил внимания на видеозапись, потому что она якобы получена из сети интернет, а не нужным судье способом.

На оглашение приговора, хотя зал мог вместить всех желающих, не пустили людей, они стояли около здания суда. Происходит такое вопиющее беззаконие. Мы должны как-то этому противостоять, мы должны приходить в суды, поддерживать этих людей, участвовать в акциях солидарности, писать им письма. Я переписывался с Валерием Костенко, тоже фигурант “московского дела”.

Ясно, что вот это общее дело, как и “Болотное дело”, сфабриковано для того, чтобы запугивать, устрашать, показать людям, что они не имеют никаких прав в этом государстве. Мы установим законодательно такие барьеры для допуска независимых кандидатов, что их невозможно пройти. Если вы даже пройдете, мы не зарегистрируем.

Если вы будете протестовать, мы вас изобьем сначала, как Павла Устинова, а потом бросим за решетку на несколько лет, и ничего вы не докажете. Одно из отличий от “Болотного дела”, то, что тогда использовалась статья о массовых беспорядках, сейчас они ее убирают, решили по 318-й давать примерно те же сроки, что и тогда нам давали по “Болотному делу”.

Елена Рыковцева: Вы же не один сидите в зале заседаний. Все видят, что происходит, все видят, что судья делает такое заключение, что человек виновен, что он нанес тяжелые повреждения на основании одного рапорта, там же нет никаких доказательств, кроме рапорта?

Николай Кавказский: Я думаю, что те, кто ходит в суды, те, кто следит в независимых СМИ за этими судами, они прекрасно все понимают. Но на широкую аудиторию, которая смотрит только телевизор, дается абсолютно ложная информация. И это тоже часть этой системы подавления любой независимой, свободной от государства деятельности.

Елена Рыковцева: Все-таки на дворе XXI век, это не советское время, когда у вас кроме телевизора и первых двух каналов действительно ничего не было.

Вот газета “Правда”, вот диссидентская литература, Радио Свобода из-под подушки, сейчас действительно в каждом доме стоит компьютер, вы можете посмотреть, как вел себя Павел Устинов, как вели себя 9 человек, которых по-хорошему надо было всех привлечь, дисциплинарно наказать за то, что они бросаются по совершенно непонятной причине на этого беззащитного прохожего с телефоном в руке. Как вы считаете, можно пробиться с помощью интернета до мозгов людей и объяснить им, что делается и на улице, и в суде?

Яков Якубович: Через интернет, наверное, можно пробиться, но для этого надо определенные усилия приложить. Мне кажется, что нас наверняка сейчас смотрят люди, которые так или иначе причастны к этому инциденту, я имею в виду, с той стороны.

У меня возникает очень простой вопрос: какую цель, извините за то, что я цинично рассуждаю, преследовали власти, когда посадили абсолютно невиновного человека, дали срок. Николай сказал, что это акт устрашения.

У меня вопрос: кого устрашают? Человека, который просто идет по улице, встал на площади и разговаривает по телефону? Я понимаю, когда объектом устрашения были бы люди, которые выходят на протестные акции, скандируют что-то и так далее.

Но дело в том, что здесь устрашают москвичей обычных. Человек, который в неудачное время в неудачном месте оказался, – это объект устрашения?

Николай Кавказский: Я думаю, что они устрашают и тех, и других. Активистов они устрашают тем, что даже люди, которые просто стоят, даже их могут посадить, а вас тем более.

А тем людям, которые ни в чем не участвуют, они показывают, что даже близко там не появляйтесь, не думайте протестовать, когда у вас появится точечная застройка во дворе или вам повысят пенсионный возраст. Если вы будете противостоять, вас будут сажать так же, как этих людей.

Как этому противостоять? Сейчас каждый день у мэрии проходят одиночные пикеты, которые не требуют согласования, можно прийти, с пикетом постоять. Можно прийти в суд и поддержать.

Елена Рыковцева: С одной стороны, устрашение, но при этом это же расписаться в абсолютном беззаконии. Эта запись, которую увидят миллионы людей, говорит о том, что это абсолютное беззаконие. Насколько выгодно власти показать, что в стране тотальное беззаконие?

Яков Якубович: Мне кажется, не нужно искать черную кошку в темной комнате. Мне кажется, что именно такие дела не признак того, что власть расписывается в беззаконии, а власть расписывается просто в глупости элементарной.

Николай говорит, что это на активистов повлияло. Нет, не повлияло. У меня, если начнется застройка в Тверском районе в центре Москвы, люди все равно выйдут. Они согласуют митинг, они будут добиваться, все равно активисты не снизят активность.

На тебя это подействовало, тебя устрашили в чем-то?

Николай Кавказский: Действительно появляется какой-то страх. Даже те, кто выходят, у них есть этот страх.

Очень хорошо, что активисты продолжают выходить, после этого на согласованный митинг приходит 50 тысяч человек, я очень рад. Но цель поставлена именно эта.

Благодаря гражданской активности, благодаря силе духа тех людей, которые противостоят беззаконной системе, власти не удается запугать, но цель у нее именно эта.

Яков Якубович: Цель, которой они пытаются добиться, хоть на миллиметр достигнута?

Николай Кавказский: Я думаю, частично достигнута, потому что часть людей, даже моих знакомых, они боятся выходить даже на согласованные акции.

ПРОДОЛЖЕНИЕ РАЗГОВОРА СО ЗВОНКАМИ СЛУШАТЕЛЕЙ, КОТОРЫЕ ГОВОРИЛИ, УДАЛОСЬ ЗАПУГАТЬ ИХ ИЛИ НЕТ, СМОТРИТЕ НА ВИДЕО И СЛУШАЙТЕ В ЗВУКЕ

Источник: https://www.svoboda.org/a/30167177.html

Анастасия Голубева Русская служба Би-би-си

Правообладатель иллюстрации Artyom Geodakyan/TASS

Московский областной суд не стал менять приговор осужденной в октябре 26-летней израильтянке Нааме Иссахар. Ее признали виновной в контрабанде наркотиков и назначили 7,5 лет колонии общего режима.

Израильтянку задержали в апреле этого года в транзитной зоне аэропорта “Шереметьево”, где она делала пересадку по пути из Дели в Тель-Авив. В сумке девушки обнаружили 9,6 грамма гашиша.

По информации газеты Jerusalem Post, премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху пытался повлиять на рассмотрение дела Иссахар. По информации газеты, Россия предлагала Израилю обменять Иссахар на петербуржца Алексея Буркова, задержанного в конце 2015 года в Израиле по подозрению во взломе платежной системы и хищении нескольких миллионов долларов с кредитных карт граждан США.

Семья Иссахар утверждала, что Наама стала дипломатическим заложником, а приговор ей нацелен на то, чтобы у российских властей появилась возможность ее обмена на Буркова. Хакера тем не менее экстрадировали в США.

В день процесса в Израиль прибыла дипломатическая делегация из России, чтобы обсудить дело Наамы Иссахар и задержания около 40 граждан Израиля в аэропорту “Домодедово”.

Трудности перевода

Нааму Иссахар защищали четыре адвоката. В суде было больше иностранных журналистов, чем российских. На процесс пришли и дипломатические лица из Израиля и США.

Также на заседании были родственники и поддержка Наамы из Израиля. Они почти не могли понимать, что происходило в суде, и спрашивали у других слушателей, о чем говорят выступающие в процессе. Сама Наама, инструктор по йоге, все заседание просидела с идеально ровной спиной. Время от времени они улыбалась, смотря на свою маму, которая с момента ее задержания живет в России.

Около “аквариума” Наамы сидел переводчик, который объяснял ей на английском, что происходит во время заседания.

Неправильный и неясный перевод первого процесса над Иссахар – один из пунктов апелляционной жалобы адвокатов. В первом процессе работали три переводчика, и работу их всех их адвокаты назвали неудовлетворительной. По словам защиты, Иссахар не понимала значительную часть из своего обвинения и происходящего в первом суде.

Так, изначально израильтянка призналась в том, что перевозила гашиш в багаже. Однако в апелляционной жалобе говорится, что она вину не признает и заявляет, что увидела наркотик в своем багаже только при обыске после задержания, то есть его не приобретала, не потребляла и не перевозила. Изначально показания против себя она дала из-за того, что не понимала, что с ней происходит.

Media playback is unsupported on your device

Дело Наамы Иссахар: смогут ли Израиль и Россия договориться?

В качестве примера защита привела противоположный перевод слов Иссахар, когда она захотела ознакомиться с вещественными доказательствами, а переводчик сообщил, что она этого делать не хочет.

Защита настаивает, что у Иссахар совсем не было мотива и повода для совершения преступления.

Также суд первой инстанции не принял во внимание тот факт, что багаж Иссахар не пересекал и не должен быть пересечь границу России, а это является одним из главных доказательств невиновности израильтянки, говорится в апелляционной жалобе адвокатов. Подчеркивается, что и сама Иссахар не должна была проходить через границу РФ.

“Порочный приговор”

На основании различных ошибок и нарушений, которые совершили и суд, и следствие, защита настаивает на том, что вообще все уголовное дело против израильтянки является незаконным. Защита попросила отменить приговор Иссахар и оправдать ее. Например, в приговоре нет описания того, как именно человек собирался провести в Россию контрабанду, обязательного для обвинения по этой статье.

“Одним из пороков приговора является то, что он построен на частичном признании вины подзащитной. УПК прямо запрещает так действовать. Доказательств больше нет никаких”, – заявил адвокат Вадим Клювгант.

Он заявил, что даже признание Иссахар “порочно”, так как в решении суда есть слова девушки, которые она не произносила и которые не зафиксированы в протоколе суда.

Тем не менее апелляционный суд не позволил адвокатам прослушать аудиозапись и рассмотреть протокол первого суда. Эти документы позволили бы защите доказать, что переводчики, работавшие с Иссахар, совершали грубые ошибки, а суд не допускал состязательности сторон.

“Это твоя сумка, а в ней наркотики”

“Моя позиция не была четко донесена во время расследования. Она все ещё очень простая – я не покупала гашиш, не клала его к себе в сумку”, – начала выступать Иссахар на прениях.

“Я не понимала, что меня не могут признать виновной только за то, что у меня нашли наркотики. Ни следствие, ни предыдущие защитники не разъяснили мне значения уголовной статьи 282. Я не могла понимать всю серьёзность того, что происходило со мной с самого начала.

Несмотря на то, что я все время говорила, что это не мои наркотики и что я не знаю, как они попали ко мне, мне всегда отвечали, что это твоя сумка, а в ней наркотики, а это уже преступление.

Меня заставили подписать документ на русском, но я добавила своей рукой, что не понимаю русского языка”, – рассказала девушка о своём задержании.

Она добавила, что у нее не было умысла провезти ничего на территории России и не было возможности попасть в страну.

“Я оговорила себя, думая, что мое дело находится в серой зоне закона. Но теперь я понимаю, что есть только черное и белое, и все доказательства показывают, что я невиновна”, – сказала Наама.

“Судебная ошибка”

Защита в прениях заявила, что вменяемые Иссахар действия малозначительны. Даже если бы в ее багаже был наркотик, то к нему имел бы доступ очень узкий круг лиц и он пробыл бы на территории России всего пять часов.

Адвокаты еще раз подчеркивали, что ни Наама, ни ее багаж никак не могли попасть на территорию России при пересадке в “Шереметьево”.

“Наама не имела планов связать свою жизнь с Россией, кроме короткой пересадки в апреле этого года. Она служила в армии и воевала для своей страны в полевой разведке, но Россия сама вынудила ее здесь остаться”, – заявил адвокат Клювгант.

Он назвал приговор Иссахар “судебной ошибкой”, которую нужно исправить. “Весь следственный материал порочен и не может быть использован, кроме действий служебной собаки”, – добавил адвокат.

По его словам, даже сам гашиш в деле является “фантомным”. После изъятия его никто не видел – ни следствие, ни суд, ни защита, сказал Клювгант.

“Никакой обвинительный вывод по этому делу не только не может является правосудием, но и выглядеть так не может”, – сказал адвокат.

Правообладатель иллюстрации Artyom Geodakyan/TASS Image caption Мать Наамы Иссахар Яффа (в центре) расплакалась после последнего слова дочери

Тем не менее прокурор заявил, что пересечение государственной границы осуществляется самолетом в воздухе, а транзитная зона является пространством Таможенного союза. По мнению прокурора, это значит, что Иссахар пересекла границу с Россией и ввезла в страну наркотики.

Слушая перевод речи прокурора, Наама заметно погрустнела в своём “аквариуме”.

На последнем слове она сказала, при посадке на самолёт часто у пассажиров спрашивают, сами ли они упаковывали багаж и имел ли кто-то ещё доступ к их вещам.

“Я хочу подчеркнуть, что никто меня даже не спросил, являются ли наркотики моими. Меня даже сразу прервали, когда я сказала, то это не мое. Я сожалею, что была неосторожна и что не знала, что у меня в багаже. У меня не было умысла иметь наркотики и привести их в Россию, поэтому я не могла совершить это преступление.

Я прошу суд учесть тот факт, что я уже девять месяцев нахожусь за решеткой в другой стране и лишена базовых человеческих прав, поскольку не могу ни с кем общаться. Этот приговор уничтожит все хорошее, что было в моей жизни, на основании преступлений, которые я не совершала”, – сказала Наама в последнем слове.

Ее мама Яффа, которая весь суд улыбалась, смотря на дочь, расплакалась.

“Как не было в деле правосудия, так его и нет. Как не было там преступления, так и нет, никто не опроверг наши доводы”, – сказал после суда адвокат Вадим Клювгант.

Источник: https://www.bbc.com/russian/news-50853225

Как оспорить ложное обвинение? Консультация адвоката

Обвинение.  но я не совершала данного преступления

10:15, 19 сентября 2017

Гость программы: Александра Лапо, адвокат Санкт-Петербургской городской коллегии адвокатов.

На календаре «Полезной консультации» юридический вторник. Сегодня поговорим об очень важной сфере — защите чести и достоинства гражданина. Как быть, если вас оскорбляет начальник на работе? Куда обращаться, если в ваш адрес поступают ложные обвинения? Как доказать, что вас оклеветали? Как оценить ущерб нанесённый вашей репутации? И что делать, если учитель оскорбляет ученика? На наши и ваши вопросы будет отвечать адвокат Санкт-Петербургской городской коллегии адвокатов Александра Михайловна Лапо. Давайте к заявленной теме обратимся чуть позже, а сейчас поговорим о злобе дня. В последние дни по крупнейшим городам России прокатилась целая волна звонков о минировании торговых центров, школ, аэропортов и вокзалов. Только на прошлой неделе были эвакуированы более 150 тысяч человек. Силовикам пришлось проверить сотни объектов в Петербурге, Ленинградской области, Ростове-на-Дону, Москве и других городах. Сейчас это проходит по статье 207 УК РФ «Заведомо ложное сообщение об акте терроризма». Максимальное наказание — 5 лет. 5 лет или штраф? Или 5 лет это только один вид наказаний? Максимальное? Это максимальное наказание. Как часто выносится именно такое наказание за данный вид правонарушений? Такое наказание назначается не часто. Как правило речь идёт о наказании в виде штрафа. Когда в 2016 году в Государственную Думу вносился законопроект об ужесточении наказания за данное преступление, Верховный Суд в своём отзыве обобщал статистику и максимальное лишение свободы, практически не назначается. Этот законопроект он предполагает какое наказание? Закон предполагал увеличить по первой части срок наказания до 5 лет, по второй части до 7 лет. Но был отклонён. А вот эти части они чем отличаются? Первая часть — это просто заведомо ложное сообщение о готовящемся акте терроризма, а по второй части предполагается причинение значительного ущерба, либо наступление иных тяжких последствий. Под значительным ущербом понимается ущерб в размере не менее 1 миллиона рублей. Мы прекрасно понимаем, что вычислить злоумышленников практически невозможно. Поскольку с использованием интернет-технологий они фактически остаются невидимками. В данном случае ужесточение наказания может как-то повлиять? Я не уверена, что есть необходимость в ужесточении наказания, поскольку для хулиганов, которые оступились раз в жизни и существующий предел он достаточно значим. А что касается идейных террористов, то как мы знаем, они и жизнью своей готовы пожертвовать, соответственно лишение свободы на длительный срок их вряд ли остановит. Мы накануне обратились на улице к жителям нашего города с вопросом: «Поможет ли увеличение срока решить данную проблему»? И «В чём, на их взгляд, корни этой проблемы»? Давайте посмотрим, что ответили.

– Какое-то уголовное наказание непосредственно, если это совершеннолетний человек. Если это ребёнок, то наверняка какие-то наказания для родителей. Там огромные штрафы, насколько я помню.

– Балуются в основном дети и надо, чтобы родители наказание понесли. Потому что воспитание — это самое главное. Значит так воспитаны дети.

– Вся история начинается с образования в школе и именно там надо вкладывать детям какие-то знания. И, конечно же, самое главное — это родители.

– Всё-таки это профилактика, информирование и более лояльное отношение. Потому что ужесточение наказания оно, конечно, работает, но лучшая тактика — профилактика.

– Мне кажется, это надо решать на серьёзном уровне. Это делают огромные структуры и решать это должны серьёзные структуры. А увеличение уголовного срока на пару лет не поможет.

Очень часто звучит детская тема в данном вопросе. Я знаю, что пошли подражатели, которые звонят и которых находят, потому что они не используют такие сложные схемы. И это оказываются очень часто подростки. Но это тоже квалифицируется по той же самой статье? Совершенно верно. Была информация в СМИ, что задерживают подражателей. Да — квалифицируется по той же 207 статье по части первой. А, если он несовершеннолетний, какое наказание он может понести? Может быть штраф, может быть условное лишение свободы. О каких суммах идёт речь? Какой штраф минимальный или максимальный? По первой части у нас штраф предусмотрен до 200 тысяч рублей. Минимальный порог не установлен. Это может быть и 10 тысяч рублей, и 20 тысяч, может быть и 5 тысяч рублей. В данном случае мы должны отличать то, что квалифицируется как заведомо ложное сообщение об акте терроризма от того, что мы, в быту, называем телефонным хулиганством. Когда кто-то вызывает по чужому адресу пожарных, скорую помощь, полицию. Это уже совершенно другое правонарушение. В Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях есть отдельная статья 19.13, которая именуется «Заведомо ложный вызов специализированных служб». Здесь санкции уже гораздо более мягкие. Штраф от 1 тысячи, до 1, 5 тысяч рублей. Иногда человек может неправильно интерпретировать ситуацию. То есть у него не было намерений сообщать о каких-то заведомо ложных ситуациях. Просто ошибся человек. Ему будет какое-то наказание? Человек, который просто ошибся, конечно, никакого наказания нести не должен. Ключевое слово в названии всех указанных норм «заведомо». То есть человек должен осознавать, что он вызывает службу не по делу. А как это определить? Ведь, любой человек скажет, что он не осознавал. Я думал, что здесь что-то происходит. Вот в этом и кроется основная сложность доказывания по такому рода делам. Что касается доказывания вины, то это бремя лежит на сотрудниках правоохранительных органов. Сам обвиняемый свою невиновность доказывать не должен. Есть такое понятие как презумпция невиновности. И все сомнения должны трактоваться в пользу лица, привлекающегося к ответственности. Что, если действиям телефонных хулиганов подвергается не какая-то государственная служба, а частное лицо? Как тут быть? Любой кто справедливо полагает, что его права нарушаются, совершаются против него противоправные деяния может обратиться с заявление в полицию, с тем, чтобы компетентные органы провели проверку по данному факту и установили: имеется ли состав преступления, либо иного правонарушения или нет. А как это делается? Устанавливается прослушка? Как это технически осуществляется? Конечно, у правоохранительных органов есть возможности проверить информацию о соединениях, установить место нахождения звонящего. С разрешения суда допускается и прослушивание телефонных переговоров, если в этом есть необходимость. Не сформировалось ли у нас ложное спокойствие, иммунитет к эвакуациям, который может негативно сказаться на последствиях? Да, конечно, я не исключаю, что он может формироваться. Но здесь всё в первую очередь зависит от самих граждан. Никогда не надо терять бдительность. От этого зависит наша безопасность. Человек не может отказаться от эвакуации. Он должен следовать распоряжениям администрации соответствующего учреждения, распоряжениям специальных служб, прибывших на место. Ни в коем случае не своевольничать. Предлагаю перейти в область частную, к теме, которая касается каждого из нас — ложные обвинения, клевета, поклёпы. Которые происходят на рабочем месте. Я бы хотел, чтобы мы услышали ответы горожан, которым на улице мы задали вопрос: «Приходилось ли им сталкиваться с ложными обвинениями на работе или в быту»?

– Дедушки, бабушки бедные, несчастные сколько пострадали. Не дай Бог это повториться.

– Сталкивался. Было такое с моим приятелем, которого обвинили в том, что он не совершал.

– Один человек донёс на меня, что я злоупотребляю служебным положением. Это было настолько нелепо и у меня были сотрудники, которые подтвердили мою точку зрения. Так что, как говорится, правда справдилась.

– На работе всегда бывает. Бывают люди очень недовольные, тем как ты к ним относишься и как ты от них требуешь. Поэтому, конечно, бывают наговоры, лженаговоры. Ну, потом когда представляешь факты, что это действительно не так, всё становится на свои места.

– Несколько лет назад, на предыдущей работе, пропало оборудование. В этом пропаже обвинили меня. После того как посмотрели видеозаписи с камер наблюдения, нашли того человека, кто причастен к этому. Моя совесть осталась чиста.

Источник: https://topspb.tv/programs/releases/87011/

Прав-помощь
Добавить комментарий