Обвиняют в убийстве без прямым улик и доказательств

Преступление без мотива. Чем обернется для Зеленского

Обвиняют в убийстве без прямым улик и доказательств

Четверг, 12 Декабря 2019, 21:01

Арест подозреваемых в убийстве Павла Шеремета, которые якобы совершили это преступление с целью “дестабилизации ситуации в стране”, может и сам стать фактором серьезной дестабилизации

Информация о том, что по подозрению в резонансном убийстве журналиста Павла Шеремета задержаны участник АТО и рок-музыкант Андрей Антоненко и детский кардиохирург и волонтер Юлия Кузьменко, а в домах у них проходят обыски, моментально взбудоражил все волонтерское и патриотическое сообщество.

Торжественный брифинг по случаю раскрытия громкого убийства, организованный сразу же после задержания подозреваемых, в котором помимо представителей Нацполиции, осуществляющих расследование, приняли участие генпрокурор Руслан Рябошапка и лично президент Украины Владимир Зеленский, вместо того чтобы внести ясность в происходящее, породил лишь новые вопросы и сомнения, дав основания волонтерам и добровольцам утверждать, что со стороны государства на них начата настоящая охота.

По информации следствия, озвученной на брифинге, в убийстве Шеремета пока подозреваются шесть человек, и все они ветераны АТО или волонтеры.

Помимо упомянутых выше Антоненко и Кузьменко, которые, как считает следствие, лично заложили взрывчатку в автомобиль журналиста, задержаны также ветеран АТО Яна Дугарь, которая якобы была “разведчицей” и фиксировала на фото автомобиль возле дома Шеремета и расположение камер наблюдения, супруги Инна и Владислав Грищенко и ветеран АТО Петр Киян. Супруги Грищенко уже давно пребывают в СИЗО по обвинению в совсем другом преступлении. Им инкриминируют попытку покушения на бизнесмена в городке Косово Ивано-Франковской области. Владислав якобы мог изготовить взрывное устройство для убийства Шеремета, о непосредственной роли его жены и Кияна в этом деле внятно пока никто ничего не сказал.

Доказательства по этому делу полицейские представляли больше часа, однако большая часть показанных доказательств имеет непосредственно к убийству журналиста крайне мало отношения.

Следователи отслеживали связи между пятью подозреваемыми, соединяя их наличием общих знакомых из той же ветеранско-волонтерской среды, а также отмечали якобы схожесть конструкций взрывных устройств, которыми взорвали электроопору на админгранице с Крымом, чтобы прекратить подачу электричества на оккупированный полуостров, планировали взорвать бизнесмена на Прикарпатье и взорвали Шеремета.

И если претензии правоохранителей к супругам Грищенко в деле о покушении не выглядят совсем уж безосновательными – у Владислава в прошлом были судимости, и в их действиях можно увидеть некий криминальный мотив личного обогащения, – то с доказательствами причастности остальных подозреваемых все не слишком убедительно.

Главными продемонстрированными уликами против Кузьменко, Антоненко и Дугарь являются записи с камер наблюдения на улицах возле дома Шеремета, зафиксировавших мужчину и женщину, которые подложили взрывчатку под машину журналиста в ночь перед его смертью, а также девушку, которая за несколько дней до убийства бродила возле дома, фотографируя камеры и припаркованные автомобили. Следствие сообщило, что заказало в Великобритании экспертизу этих видеозаписей и эта экспертиза якобы пришла к выводу, что камеры зафиксировали, что люди на записях, которые подкладывают предположительно взрывчатку, – это именно Кузьменко и Антоненко, а “разведчица” – это Дугарь.

Еще одним доказательством называют то, что во время убийства мобильные телефоны этих людей, хоть и не были запеленгованы на месте убийства, но “не проявляли никакой активности, что крайне нехарактерно для подозреваемых”. Следствие предполагает, что подозреваемые сознательно оставили телефоны дома, когда пошли “на дело”.

Являются ли предположения следователей верными или нет, на этот вопрос должно ответить дальнейшее следствие и суд.

Сейчас же самый важный вопрос: смогли ли полицейские убедить общественность, что дело и правда раскрыто, а подозрения ветеранам обоснованы? И ответ на этот вопрос однозначен – нет.

Прямых и “железобетонных” доказательств вины Кузьменко, Антоненко и остальных следствие не предоставило.

Возможно, у британских экспертов и правда есть основания утверждать, что на видео именно Кузьменко и Антоненко, но качество видео с камер наблюдения, записанного еще и ночью, очень невысокое. И с уверенностью утверждать, кто там запечатлен вряд ли кто-то возьмется. Подозрительное молчание телефонов в момент убийства, может быть, и улика, но явно непрямая, и строить только на ней обвинительное заключение точно не выйдет.

В качестве доказательств следствие также приводит записи телефонных разговоров подозреваемых, но трактовать эти разговоры можно очень по-разному, а об убийстве Шеремета, подготовке этого преступления или заметании следов на этих пленках никто не говорит.

Их демонстрацией, похоже, следствие попыталось дать характеристику подозреваемым, которые якобы обсуждали необходимость дестабилизации ситуации в стране и необходимость для Украины некой сакральной жертвы, в качестве которой якобы даже называли фигурантку другого уголовного преследования – Марусю Звиробий.

Последнюю, напомним, обвиняют в высказывании угроза президенту Зеленскому.

Самое же слабое место в версии следователей – мотив. Как утверждают в полиции, Шеремет был убит с целью “дестабилизации ситуации в стране”.

Однако совершенно непонятно, как именно смерть Шеремета должна была эту дестабилизацию вызвать, почему это должен был стать именно Шеремет, далеко не самый известный в Украине журналист, и, самое главное, – зачем подозреваемым в 2016 г. была нужна эта дестабилизация.

В записях разговоров подозреваемых, обнародованных следствием, говорится о событиях последних месяцев, когда президентом уже был Зеленский, и желание поднять против него Майдан еще можно объяснить непопулярностью комика среди патриотов, но в случае с 2016-м эта логика совсем не работает.

Кроме того, результаты расследования порождают и ряд других вопросов.

Почему Антоненко, который проживает недалеко от дома Шеремета, решил убить именно его, рискуя быть замеченным и узнанным во время подкладывания бомбы кем-то из соседей? Почему за три года, которые прошли с момента преступления, подозреваемые не уехали из страны, ведь он имел для этого и время, и возможности? Почему подозреваемые, совершив тяжкое преступление, как ни в чем не бывало продолжали вести активную общественную жизнь, не пытаясь затаится, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание? Почему, будучи людьми, занимающими более-менее серьезное положение в обществе, решились лично подкладывать бомбы под машины, вместо того чтобы нанять для этого бомжа, алкоголика, наркомана или прожженного уголовника? Да и вообще, музыкант и хирург не очень вяжутся с убийством, да еще и осуществленном по крайне странному мотиву.

Разумеется, результатам расследования сегодня верят разве что Андрей Портнов, который не скрывает своего ликования, и другие подобные ему личности.

В патриотическом сообществе, которое пытается отойти от шока, вырисовывается совершенно другая картина.

Там считают, у Зеленского сознательно дискредитируют добровольческое и волонтерское движение, в качестве мести за уже состоявшиеся акции протеста и с целью избавиться от организованной силы, которая может представлять угрозу его власти.

Таким образом, “раскрытие дела Шеремета”, о чем с гордостью и, наверное, несколько преждевременно рапортовали в Нацполиции и ГПУ, сразу же стало очередным фактором усиления раскола в украинском обществе и конфликта между нынешней властью и патриотической общественностью.

При этом риторика власти все больше смещается от осуждения России как агрессора, к осуждению украинских националистов, которые все больше выглядят как радикалы, готовые ради своих идей идти на самые страшные и бесчеловечные преступления.

Для Путина такой поворот во внутриукраинском дискурсе просто идеален.

Что же касается Зеленского, то достаточно странным выглядит его личное участие в брифинге по делу Шеремета. С одной стороны, понятно желание попиариться на том, что дело, которое при Порошенко не могли раскрыть годами, так быстро раскрыли при его президентстве.

Но с другой – своим личным присутствием при озвучивании не слишком убедительных доказательств он дал еще один повод своим критикам утверждать, что преследования патриотов и репрессии против них осуществляются под личным контролем и по указанию именно Зеленского.

Для “ватной” части его электората – это, конечно, даже плюс, а вот для тех избирателей, кто не хотел бы реванша пророссийской политики, произошедшее – лишний повод разочароваться в “народном президенте”.

Ну а то, что задержания по делу Шеремета произошли сразу же после встречи в Париже, практически одновременно с обвинениями Петра Порошенко в государственной измене, способно породить у противников команды Зе конспирологические теории о том, что между Путиным и Зеленским, и правда, существует некая тайная договоренность о поэтапной капитуляции, в которой расправа и дискредитация добровольческого движения является одним из эпизодов.

Источник: https://www.dsnews.ua/politics/prestuplenie-bez-motiva-chem-obernetsya-dlya-zelenskogo-raskrytie-12122019210100

В Киеве задержаны подозреваемые в деле об убийстве журналиста Павла Шеремета. Это бывшие участники боевых действий на Донбассе и волонтеры, их пятеро: медсестра одного из парашютно-десантных батальонов Яна Дугар,

  • врач и волонтер Юля Кузьменко,
  • музыкант и доброволец Андрей Антоненко,
  • добровольцы, супруги Владислав и Инна Грищенко.

В Министерстве внутренних дел Украины в четверг прошел срочный брифинг, открывал его лично министр Арсен Аваков, а в зале присутствовали президент Украины Владимир Зеленский и генеральный прокурор Руслан Рябошапка.

https://www.youtube.com/watch?v=GMzPt7F9Upw

На брифинге силовики рассказали, как вышли на след задержанных, как слушали перехваченные телефонные разговоры. Эксперты подтвердили, что женщина, которая, предположительно, закладывали взрывчатку под автомобиль Шеремета, это детский врач и волонтер Юлия Кузьменко, а мужчина с ней рядом – музыкант и доброволец Андрей Антоненко.

“Мне страшно слушать записи прослушки”

Заместитель министра внутренних дел Украины Антон Геращенко в эфире программы “Вечер” рассказал, что известно о предполагаемых исполнителях и как ищут заказчика убийства журналиста.

— Сегодня прошла операция по задержанию лиц, которые обоснованно подозреваются в причастности к убийству Павла Шеремета. Всем задержанным предъявляются подозрения, они задержаны временно, на трое суток, после этого суд будет предъявлять меру пресечения. Прокуратура и полиция будут требовать меру пресечения без альтернативного ареста.

— Трое задержаны сейчас, а двое задержаны раньше по другим обвинениям и оказались в этом деле. Когда эти двое были задержаны, они уже знали, что будут подозреваемым по этому делу [об убийстве Павла Шеремета] или только сегодня об этом узнали?

— Я могу сказать, что полиция знала, что задержанные по подозрению в попытке убийства бизнесмена в Ивано-Франковской области имеют причастность к делу Павла Шеремета.

— Личности задержанных вас лично каким-то образом удивляют? Что вы думаете обо всей этой истории с точки зрения персоналий, о которой сейчас становится известно?

— История криминалистики знает ситуации, когда люди, которых никто не мог заподозрить в преступлении, становились страшными людьми – убийцами и маньяками. Например, тот же известный Чикатило очень хорошо характеризовался по месту работы и по месту жительства как очень примерный семьянин, при этом это не помешало ему убить больше 50 человек. Это во-первых.

Во-вторых, конечно, для меня как человека, гражданина, мне страшно слушать записи прослушки, когда врач-рентгенолог, подозревая в том, что лично она установила бомбу под машиной Павла Шеремета, заявляет, что она хотела бы, чтобы на Киев были обрушены пять-шесть кассет “Града”. Это как надо ненавидеть столицу Украины и почему ненавидеть, чтобы говорить такие слова? Может быть, она любит столицу другого государства?

— Может быть, у нее какая-то травма именно из-за войны? Например, ей показалось, что кто-то в Киеве слишком радуется, когда люди умирают на войне? Вы понимаете механизм психологический того, что происходило? Ведь все равно эти вопросы будут разбираться в суде.

— Я подтверждаю сегодня, что лица, которые были задержаны в сентябре и задержаны сегодня, это лица, которых мы считаем исполнителями и пособниками. Это еще не заказчики. Следствию еще предстоит разобраться с тем, кто был заказчиком. И как раз задержание исполнителя является одной и стадий выяснения этого.

— Коллеги Павла Шеремета, журналисты, которые его лично знали, очень долго ждали этого момента, когда будут задержаны подозреваемые в его убийстве, потому что хотелось бы, чтобы они понесли наказание.

Но такая ситуация возникла, что заказчик не назван, и в этой паузе имя заказчика может стать, может быть, предметом политическим что ли. А вдруг заказчиком назовут какого-нибудь бывшего высокопоставленного чиновника.

И сейчас этот человек, еще не названный, начинает думать: “Надавят – не надавят” или еще что-то.

— Фамилия президента Украины – Зеленский, он не занимается манипуляциями, в отличие от некоторых его предшественников. Фамилия министра внутренних дел – Арсен Аваков, он заинтересован в том, чтобы были найдены реальные заказчики убийства Павла Шеремета.

И я, и Арсен Аваков лично знали Павла Шеремета. И мы очень хотим привлечь к ответственности тех, кто действительно организовал и заказал это ужасное преступление.

— Какие могут возникнуть трудности, или какие возникают, при определении заказчика? Вы не знаете, кто этот человек, или у вас не хватает доказательств? Как сейчас устроена ситуация с заказчиком? Всех сейчас волнует этот вопрос.

— На сегодняшний момент у следствия было достаточно доказательств, чтобы предъявить обвинения лицам, подозреваемым в исполнении данного убийства.

— Но про заказчика есть хотя бы идеи?

— Если бы у нас были бы фамилия и имя заказчика, он был бы задержан или объявлен в розыск.

На сегодня есть целый ряд версий. версия у мотива преступления – это взрыв социально-экономической и ситуации в стране. Мягко говоря, по аналогии с убийством Георгия Гонгадзе, который был основателем “Украинской правды”, известного интернет-издания, а Павел Шеремет работал в “Украинской правде”.

Мы думаем, одна из версий, которая имеет право на существование, что была аналогия у заказчика этого преступления, чтобы был эффект домино. Подрыв машин Павла Шеремета был спланирован специально так, чтобы он был под камерами на центральном перекрестке. Ведь ее могли взорвать сразу же, как только Павел сел в нее.Но тогда бы это не было бы так эффектно.

Именно была задача сделать эффектный взрыв, затем была задача обвинить в этом власти Украины и сделать так, чтобы у нас в стране была дестабилизация общественно-политической ситуации.

— А дальше они объясняли в своих прослушках, дестабилизация ради чего, следующий шаг какой?

— Есть такое понятие, как тайна следствия. Сегодня было опубликовано, наверное, менее 0,1% тех доказательств, которые есть. И прямой телевизионный эфир – это не место, где бы мы обсуждали все детали дела.

Будет открытый суд, на котором подозреваемые, обвиняемые будут иметь адвокатов и говорить все, что они считают нужным. Или не говорить ничего.

Задача прокуратуры и полиции – доказать обществу и суду, что есть достаточно доказательств [их вины].

Сегодня, я считаю, очень многие, кто хотел бы публично поддержать данных лиц, ознакомившись с доводами полиции, я думаю, отказались бы от такой идеи, потому что задумались бы.

— Если такой объем работы был сделан, можно ли сказать, что вот сейчас опубликовано это и задержаны эти люди, а не, например, до выборов Зеленского не потому, что Порошенко не хотел, а Зеленский захотел их задержать, а просто сейчас следствие закончилось? Или что-то этому мешало?

— Я вам прямо скажу, что никаким образом не влияло на срок задержания этих лиц ни выборы президента Зеленского, ни президент Порошенко.

На самом деле проходили очень сложные комплексные экспертизы. И только после получения всех фактов следствие обратилось в прокуратуру и суд для того ,чтобы получить разрешение на задержание данных лиц. Это огромнейший сложнейший процесс.

Суд – это не фейсбук, где можно кого-то за пять минут сделать героем, кто того не заслуживает, или, наоборот, хорошего человека смешать с грязью. Там нужно говорить с фактами и с доводами.

У задержанных лиц будут адвокаты, и они сами будут заявлять о своей невиновности или ничего не говорить.

Кстати говоря, они могут молчать и ничего не говорить – у следствия достаточно доказательств, по нашему мнению, для их обвинения.

“Непонятен мотив, непонятны заказчики”

Весной 2017 года журналисты-расследователи из проекта “Следствие. Инфо” и организации OCCRP выпустили фильм “Убийство Павла”. В нем было указано на ряд промахов следствия: неопрошенные свидетели, неизученные улики, в том числе, видео с камер наблюдения.

Анна Бабинец, одна из авторов этого фильма, рассказала в эфире программы “Вечер”, что думает о подозреваемых и сталкивалась ли с ними во время проведения своего расследования.

— Что думаете о сегодняшнем брифинге и версии, которую предъявила полиция?

— Мы, конечно же, смотрели всем нашим агентством “Следствие. Инфо”, потому что мы с самого начала ведем расследование этого дела. Конечно, много всего интересного, интересные детали, некоторые детали даже объясняют какие-то вещи, которым мы не могли найти объяснения. Но на самом деле общее впечатление: мне лично непонятен мотив, мне непонятны заказчики.

— Если мотив и заказчики станут понятны, то может сложиться пазл, и вы поверите в то, что эти люди действительно причастны к убийству Павла Шеремета?

— Конечно, если мотив и заказчики станут понятными – да. Но из тех людей, фамилии которых назвали, и как это сейчас выглядит, они просто якобы дестабилизировали ситуацию методами, начиная от подрыва какого-то столба заканчивая убийством известного журналиста, – то есть какая цель дестабилизации?

— Какая может быть цель дестабилизации у людей, которые, очевидно, являются патриотами страны? По крайней мере, они воевали за эту страну. Может им казаться, что страна недостаточно воюет, и поэтому нужна дестабилизация? То есть теоретически такая цель могла быть у них в голове?

— Это же противоположные вещи. Люди воюют за то, чтобы в Украине не было войны, для того, чтобы в Украине был мир и порядок – и одновременно они дестабилизируют?

— Чтобы армия пошла вперед, вот это все? Были ведь люди в 2015 году, которым казалось, что предательство заключается в том, что армию остановили, предательство заключается в том, что нет приказа освобождать города и прочее. Такие люди вполне могли быть.

— Конечно, могли. Но как мы смотрим из того, что нам сегодня продемонстрировали, у них эти вещи продолжаются много лет. Те свежие разговоры, которые нам демонстрировали, они касались уже сегодняшнего времени, “Слуги народа”, вспоминалось нынешнее.

То есть это какая-то системная работа в таком случае против государства, против того, чтобы оно существовало, против того, чтобы люди жили, чтобы они хотели убежать от взрывов, жить в другой стране. Конечно, я подозреваю, все может быть. Особенно люди, которые воевали.

Но мне пока что лично из того, что я сегодня увидела, услышала, мотив не до конца понятен.

— Кто-нибудь из этих людей где-то попадались в орбите вашего расследования?

— Конкретно по фамилиям нет, но мы рассматривали: одной из нитей было то, что это бывшие АТОшники, мы проверяли некоторых людей. Буквально совсем недавно от своих источников мы узнали некоторые фамилии. После первых задержаний, которые на протяжении последнего времени произошли – месяц-полтора, – мы уже общались с людьми, некоторые фамилии из тех, которые я сегодня услышала, всплывали.

— Это важно, потому что будет открытый суд, все будут смотреть суперпристрастно. Если что-то не так, я думаю, что вы первая об этом скажете.

— Конечно. Мы сейчас проверяем каждую деталь, которая была опубликована сегодня полицией. Потому что это тоже долгая работа для нас, понять, как это совмещается с нашим расследованием, которое мы делали.

Источник: https://www.currenttime.tv/a/sheremet-murder-geraschenko/30322693.html

Убийство Немцова:

Обвиняют в убийстве без прямым улик и доказательств

Виктор Нехезин Би-би-си, Москва

Правообладатель иллюстрации Getty Images Image caption Гособвинение считает доказанной вину всех пятерых подсудимых

На процессе по делу об убийстве Бориса Немцова в Московском окружном военном суде начались прения сторон – их первый день оказался полностью посвящен выступлению прокурора Марии Семененко.

В своей несомненно артистичной речи, которая с короткими перерывами продолжалась почти семь часов, гособвинитель суммировала доказательства вины пяти подсудимых: Заура Дадаева, братьев Анзора и Шадида Губашевых, Темирлана Эскерханова и Хамзата Бахаева.

Подавая материал нужным ей образом и расставляя соответствующие акценты, Мария Семененко явно преследовала три цели: убедить присяжных в том, что преступление было в целом раскрыто еще до получения следствием признательных показаний Дадаева и Губашевых, не оставить у присяжных сомнений в виновности всех пятерых обвиняемых и разрешить (в свою пользу, конечно) многочисленные противоречия, возникшие за семь с лишним месяцев, которые продолжается процесс.

Нельзя сказать, что прокурору Семененко удалось с одинаковым успехом решить все три задачи. И тем не менее, в финале своей речи она уверенно призвала присяжных ответить на вопрос о виновности подсудимых так: “Да, доказано, да, виновны и снисхождения не заслуживают”.

Когда признание – не царица доказательств

В ходе процесса Заур Дадаев и братья Губашевы, сейчас полностью отрицающие свое участие в убийстве Немцова, неоднократно пытались рассказать присяжным, что первоначальные признательные показания были, как они заявляют, выбиты у них следователями под пытками и шантажом.

Судья Юрий Житников каждый раз пресекал эти попытки, повторяя, что до присяжных нельзя доводить сведения, не имеющие отношения к сути рассматриваемого дела.

Тем не менее очевидно, что присяжные в курсе нынешней позиции Дадаева и Губашевых.

У следствия почти нет прямых доказательств вины подсудимых, в основном косвенные. Но значит ли это, что обвинение строится на признательных показаниях?

Мария Семененко без предисловий и очень решительно постаралась убедить присяжных, что это не так.

“Когда мы увидим, как следствие вышло на обвиняемых, нам станет ясно, что признательные показания Дадаева и Губашевых – это лишь подтверждение того, что уже было известно следствию, а не наоборот”, – заявила она, добавив, что “преступление было раскрыто объективно, быстро и без признательных показаний”.

Следующие два часа прокурор посвятила подробнейшему описанию того, что именно и как следствие обнаружило в считанные дни после убийства политика поздним вечером 27 февраля.

Хронология событий имеет для Марии Семененко решающее значение, так как ей надо было показать, что с ночи на 28 февраля 2015 года до 7 марта, когда Дадаев начал давать признательные показания, следствие уже успело сделать всю основную работу.

Пассажир Губашев

В изложении гособвинения работа следствия выглядит очень быстрой и профессиональной.

Следователи сначала вычислили номера “боевых трубок” – телефонов, которыми пользовались злоумышленники в районе Большого Москворецкого моста.

“Оба эти телефона были в одном месте и созванивались только между собой – это странно”, – так объяснила Семененко, почему следователи обратили внимание именно на эти номера среди сотен телефонов, использовавшихся в тот момент в том районе.

Быстро выяснилось, что они анонимные – их владельцами значились вымышленные люди.

Однако дальнейшее исследование биллинга этих телефонов показало, что сим-карта из одного из них до этого (24 февраля) один раз переставлялась в другую трубку. И у этого телефона уже оказался вполне реальный хозяин – Шадид Губашев.

Биллинг телефона Шадида Губашева показал, что 28 февраля его владелец был во Внуково.

“Следствие запрашивает, какие рейсы вылетают в это время и есть ли среди них Шадид Губашев”, – объяснила Мария Семененко.

Телефоны, камеры и машина

Один пассажир с такой фамилией обнаружился – на рейсе Москва-Грозный. Но не Шадид, а Анзор Губашев.

Сопоставив записи видеокамер в аэропорту “Внуково” и около ГУМа, следствие получило приблизительное изображение Анзора Губашева и его спутника – Беслана Шаванова.

“Подсудимые еще не задержаны, а мы уже знаем, что двое у ГУМа – это Беслан Шаванов и Анзор Губашев, и их во “Внуково” провожал Мухудинов”, – резюмировала Семененко.

Правообладатель иллюстрации Почуев Михаил|TASS Image caption Решением судьи Юрия Житникова Анзор Губашев удален из зала заседаний до окончания прений сторон

Дальше по цепочке из взаимных соединений телефонов и с помощью данных видеокамер следствие выяснило, что Мухудинов провожал во “Внуково” в Грозный 1 марта Заура Дадаева и Руслана Геремеева, а уже через того вышло и на Темирлана Эскерханова.

“Без показаний подсудимых было понятно, что они имеют отношение к совершению убийства Немцова”, – подчеркнула Мария Семененко.

Одновременно была обнаружена машина ЗАЗ “Шанс”, а система “Поток” (видеонаблюдение за транспортом в Москве) выдала данные, что эта машина не только была на Большом Москворецком мосту в момент убийства Немцова, но подозрительно регулярно фиксировалась около дома политика и у офиса партии “Парнас”.

Впервые ЗАЗ “Шанс” попался на камеру “Потока” 17 ноября 2014 года. “Так стало понятно, что за Немцовым следили как минимум с ноября 2014 года”, – сделала вывод прокурор.

Теория двух подгрупп

Мария Семененко вскользь упомянула, что лишь после этого подозреваемые были задержаны, не став акцентировать внимание присяжных на том, что Беслан Шаванов погиб при попытке задержания, Руслана Мухудинова следствие найти не смогло, а Руслана Гереемева искать особо и не пыталось.

Да и в целом последующий рассказ прокурора о доказательствах вины подсудимых уже не был столь же стройным и логичным.

За восемь месяцев процесса в суде так и не прозвучало четких объяснений, в чем именно заключалась преступная роль Темирлана Эскерханова и Хамзата Бахаева, но сейчас, на стадии прений, Мария Семененко продолжала бескомпромиссно настаивать на виновности всех пятерых подсудимых.

“На скамье подсудимых точно нет лишних”, – подчеркнула она.

Семененко считает, что Эскерханов встречался с Мухудиновым в гостинице “Украина” за три часа до убийства Немцова. Прокурор напомнила присяжным, что на допросе Анна Дурицкая, спутница Бориса Немцова, рассказала, что они с Немцовым могли в тот вечер пойти в ресторан гостиницы “Украина”, но затем решили идти в “Боско-кафе” в ГУМе.

Из этого Мария Семененко сделала вывод, что у заговорщиков был “план Б”, и Эскерханов якобы появился в “Украине” на случай, если Немцов окажется там. (Впрочем, Семененко не пояснила, как заговорщики могли настолько детально знать планы Немцова и Дурицкой).

В целом роль Эскерханова в преступной группе гособвинитель описала так: “Эскерханов контролировал безопасный отъезд участников группы после преступления”. В чем заключался этот “контроль”, Семененко не пояснила.

“Если бы Эскерханов действительно не имел отношения к преступлению, то почему он скрыл тот факт, что он встречался с Геремеевым, почему созванивался с Дадаевым, почему говорил, что был по другому адресу и с другим человеком, и почему каждый раз, когда кто-нибудь из участников уезжает, он созванивается с Мухудиновым?” – говорит Семененко.

Правообладатель иллюстрации Джапаридзе Михаил|TASS Image caption Первая машина полиции приехала на место преступления всего через пять минут после звонка на номер экстренной помощи 112

Эскерханов последовательно заявляет, что до ареста не был знаком ни с кем из остальных подсудимых. На это у прокурора нашлась новая (ранее на суде об этом речь не шла) теория о том, что в преступной группе, организованной Мухудиновым, было две “подгруппы”, которым совершенно не обязательно было контактировать между собой.

“По Эскерханову и Бахаеву такого нет – нельзя сказать, что они друг друга знали, но это не значит, что они, действуя в двух подгруппах, не могли преследовать одну цель”, – считает Семененко.

Однако даже с помощью этой теории Марии Семененко не удалось объяснить, в чем именно виноват Хамзат Бахаев, если не считать того, что он жил в одном доме с братьями Губашевыми в деревне Козино в Подмосковье. Гособвинитель признала, что из всех подозреваемых в этом деле по телефону Бахаев связывался только с Шадидом Губашевым.

“22 февраля на улице Ивана Франко включается “боевая трубка”, и при этом у Мухудинова соединений нет. А вечером там же в 22:53 находится Бахаев”, – сообщила Мария Семененко, снова не пояснив, что именно доказывает этот набор данных.

Семененко высказала предположение, что в деревне Козино устраивались тренировочные стрельбы, хотя подтверждений этому нет.

Завершила свой рассказ о Бахаеве Семененко и вовсе загадочной фразой, заявив, что соединений с Шадидом Губашевым Бахаеву было “достаточно для того, чтобы знать, что надо сделать и где кого надо подстраховать”.

Противоречия в пользу обвинения

Перейдя, наконец, к признательным показанием Дадаева и Губашевых, Мария Семененко не стала скрывать, что они сами по себе весьма противоречивы. Наоборот, прокурор акцентировала на этом внимание, дав понять, что, даже сознаваясь в преступлении, подсудимые пытались скрыть часть правды.

Например, Семененко напомнила, что Дадаев и Губашевы в своих признательных показаниях говорят лишь о квартире на улице Веерной, дом 3, где жил Дадаев, но не упоминают квартиру на той же улице в доме 46, где жил Руслан Геремеев.

По мнению прокурора, это делалось сознательно: в доме 3 следствию не удалось найти никаких значимых улик, а вот в доме 46 была найдена коробка от “боевой трубки”, и именно в этой квартире был задержан Темирлан Эскерханов.

Правообладатель иллюстрации iStock Image caption Непосредственным исполнителем преступления следствие считает Заура Дадаева

Но еще более неожиданно прозвучал другой тезис Марии Семененко: о 15 млн рублей, которые Мухудинов якобы обещал остальным членам преступной группы за убийство Немцова.

В обвинительном заключении об этих деньгах нет никаких сведений – их просто не нашли. Теперь Семененко объявила, что членам группы “был выдан аванс”, и они потратили его еще до преступления, в том числе на покупку машины ЗАЗ “Шанс”, а также аренду и покупку двух квартир на Веерной.

Это утверждение Марии Семененко явно расходится с материалами дела, согласно которым квартиры арендовал и покупал Руслан Геремеев.

Прямые и косвенные

Свое выступление прокурор Семененко завершила рассуждением о прямых и косвенных уликах, предупреждая будущие попытки стороны защиты представить косвенные улики как недостаточные или неполноценные.

“Косвенные и прямые доказательства – они равны, согласно закону. Это как монета – имеет одинаковую ценность с обеих сторон. Один блестящий хирург сказал, что “когда я делаю трепанацию черепа, я вижу мозг, но не вижу ума”. Но это не значит, что ума нет. Если мы чего-то не видим, это не значит, что этого нет”, – считает Мария Семененко.

Прения продолжатся во вторник, 6 июня.

На скамье подсудимых присутствуют лишь двое из пяти обвиняемых – Заур Дадаев и Хамзат Бахаев. В среду судья Юрий Житников удалил из зала заседаний Темирлана Эскерханова за то, что тот назвал присутствующих “бандитами”, а персонально о судье заявил, что тому “настучали по башке”, поэтому он предвзято ведет процесс.

Теперь Эскерханов, так же как давно удаленные из зала заседаний Анзор и Шадид Губашевы, вернется в суд лишь после прений.

Источник: https://www.bbc.com/russian/features-40126063

Убийство без жертвы: во Владивостоке идет судебный процесс по скандальному делу Виктора Коэна (ФОТО) – Новости Владивостока на VL.ru

Обвиняют в убийстве без прямым улик и доказательств

Во Владивостоке идет судебный процесс по делу об убийстве Галины Колядзинской. Обвиняемым проходит Виктор Коэн – ее бывший парень. При этом у следствия нет ни тела жертвы, ни улик.

Виктор Коэн и Галина Колядзинская встречались больше пяти лет. Галина мечтала о карьере модели, у нее уже был опыт выступления на подиумах. Девушка хотела уехать из Владивостока. Виктор никуда уезжать не спешил. В это же время он встретил новую девушку – Татьяну.

14 ноября 2011 года Галина и Виктор поругались – и девушка ушла, взяв с собой триста тысяч «отступных». По словам нынешней жены Виктора, деньги молодой человек отдал добровольно.

Больше девушку не видел никто. Через три дня родители Галины подали в розыск. Во время расследования полицейские нашли запись камеры наружного наблюдения, на которой четко видно, как Галина с вещами выходит из дома.

В ходе следствия были допрошены все родственники и друзья пропавшей. Проверили и причастность Виктора: его возили на дачу показаний с применением полиграфа. В квартире и машине были проведены обыски, но никаких следов возможного преступления обнаружено не было.

Прошло два с половиной года – девушку так и не нашли. Виктор и Татьяна расписались. В июне 2014 Виктора неожиданно вызвали на допрос и сообщили о возбуждении уголовного дела по статье «убийство» в отношении Галины Колядзинской.  Подробностей полицейские не сообщили. Через месяц, 23 июля, Виктора вновь вызвали на допрос.

Жена Виктора, Татьяна Коэн, рассказала: «Мы с мужем виделись с утра, я поехала по своим делам, он – на допрос. Через несколько часов я начала волноваться: он был без связи. Попыталась найти его через программу по поиску телефона. Так я узнала, что последний раз Виктор был в прокуратуре на Тополиной аллее.

Приехала туда, его машины нигде не было. Начала искать в интернете все подобные учреждения, прокаталась по всему городу. В результате нашла машину возле Ленинского следственного отдела на Пологой, 67. Прошлась по этажам, поспрашивала сотрудников – никто ничего не видел».

Поняв, что в отделе она ничего не добьется, Татьяна поехала домой. Неожиданно появилась связь с Виктором: программа показала, что он движется по путепроводу, а затем сворачивает на Карбышева. Татьяна сразу поняла, куда его везут: здесь, в ОРЧ-4 (Карбышева, 4) Виктор проходил полиграф после исчезновения Галины.

«Я приехала туда, сидела на первом этаже, так как не знала, куда идти, – рассказывает Татьяна. – Через пару часов к зданию подъехала Delica.

Оттуда вывели Виктора в наручниках, он крикнул, чтобы я уезжала, что его пытают. Опера меня тут же увели на 9-й этаж, посадили в каком-то кабинете. Сказали, чтобы я не переживала, мол, муж будет вечером дома.

Через два часа мне сообщили, что Виктор сознался в убийстве и написал явку с повинной».

После этого Виктора должны были доставить в СИЗО. Впрочем, туда его не приняли, а отправили на обследование в Первую городскую больницу. Врачи диагностировали у него баротравму уха и сотрясение мозга.

https://www.youtube.com/watch?v=w1O8yYIcRIE

В больнице следственного изолятора Виктор Коэн пролежал два месяца. Все это время Татьяна поддерживала с ним связь через адвоката. Как сообщила девушка, муж рассказал ей, что оперативники его избивали и душили полиэтиленовым пакетом.

По версии следствия, в день расставания Виктор задушил Галину, а затем расчленил тело в ванной. Останки он вывез в район Варяга и сжег на покрышках. В эту версию не верит никто, включая и родителей девушки.

Когда молодые люди начали знакомиться с делом, оказалось, что в нем нет ничего, подтверждающего вину Виктора. Нет ни тела жертвы, ни прямых доказательств, ни показаний свидетелей, ни улик. Покрышки с Варяга, на которых предположительно были сожжены останки Галины, оказались абсолютно чистыми. На них не было обнаружено никаких следов ДНК.

Кроме того, из дела куда-то пропали важные документы, которые могли бы доказать невиновность Виктора Коэна – данные полиграфа, видеозапись с камеры наблюдения, экспертизы, составленные после обысков три года назад. Многочисленные ходатайства о том, чтобы поднять эти документы, были отклонены судом.

Отказывают Татьяне Коэн и в возбуждении уголовного дела по факту избиения мужа. Стоит отметить, что родители Галины находятся на стороне Виктора.

Как рассказала Елена Колядзинская – мама девушки – Галина намеревалась уехать в Европу для работы в эскорт-сервисе. За полтора месяца до своего исчезновения она сообщила о том, что нашла надежное агентство в Корее, и ей требуются деньги на изготовление документов.

«Эскорт-услуги – это сопровождение богатых людей на мероприятиях, без интима. Как бы ни звучало, такие организации есть, но даже попасть туда – очень непростое дело. Галине нужны были деньги на изготовление документов – более ста тысяч.

В таких организациях полностью меняют все паспортные данные девушек, по контракту им нельзя даже общаться с родственниками. Там очень серьезная конспирация для работниц.

Она взяла у Виктора большую сумму, очевидно, именно для этих целей», – рассказала Елена Колядзинская.

Родственники пропавшей девушки неоднократно озвучивали это в суде и отрицали, что их дочь была кем-то убита. Пострадавшая семья знает Виктора очень хорошо и следствию верить отказывается. По их мнению, сотрудники полиции пытаются повысить раскрываемость преступлений.

Сейчас суд находится на стадии допроса свидетелей. На заседания приходят друзья Татьяны и Виктора, родственники с обеих сторон. Нарекания в процессе вызывает многое – от вопросов судьи до организации судебного процесса. Сдаваться никто не собирается: все уверены, что дело фальсифицировано.

Ситуацией заинтересовались и на телевидении: как рассказала мать Галины Колядзинской, с ними связалась программа «Пусть говорят». Следующее заседание по делу Виктора состоится 11 июня. VL.ru будет следить за развитием событий.

Источник: https://www.newsvl.ru/vlad/2015/05/18/135041/

Создавая убийц Даниил Туровский рассказывает историю Виктора Коэна — жителя Владивостока, отбывающего срок за убийство, которого, возможно, не было

Обвиняют в убийстве без прямым улик и доказательств

В ноябре 2011 года во Владивостоке пропала 26-летняя Галина Колядзинская — как рассказал ее молодой человек Виктор Половов, они поссорились, после чего девушка забрала вещи и деньги и сообщила, что он ее больше не увидит.

Через несколько лет Половову, сменившему фамилию на Коэн, предъявили обвинение в убийстве Колядзинской. При этом полиция так и не доказала, что девушка умерла, — а занимались делом Коэна люди, которых многократно обвиняли в том, что они выбивают показания под пытками.

Спецкор «Медузы» Даниил Туровский рассказывает историю Виктора Коэна и его женщин.

версия текста.

В середине ноября 2011 года Ирина Байгулова с мужем приехали в квартиру в центре Владивостока, которую они несколько лет сдавали молодой паре — Виктору Половову и Галине Колядзинской.

Никаких проблем с жильцами у них никогда не возникало — но тем утром хозяева узнали, что в квартиру приходили полицейские.

Байгулова попыталась созвониться с Виктором, но тот не отвечал; пришлось использовать запасные ключи.

https://www.youtube.com/watch?v=Y_cJwQ9AA9c

В квартире не было ни людей, ни вещей. На потолке обнаружились брызги бурого цвета — Байгуловы подумали, что это кофе или чай.

На обоях виднелись черные полосы — видимо, там лежали автомобильные шины, которыми торговал Половов. На полу валялись стекла и порванные шторы.

Из ванной комнаты куда-то пропала полиэтиленовая занавеска, а сама ванна была в царапинах — как будто ее долго терли металлической щеткой.

На следующий день им все же удалось связаться с Полововым. Они договорились встретиться на той же съемной квартире, но заходить в нее бывший жилец не стал — разговор состоялся в коридоре.

На вопрос, что случилось с квартирой, Половов ответил, что «ремонт необходимо делать раз в полгода», сообщил, что больше в квартире жить не планирует, и добавил: его девушка куда-то пропала, но раз договор заключен на Колядзинскую, долги по аренде тоже платить ей.

За несколько следующих недель Байгуловы сделали в квартире ремонт: переложили полы во всех помещениях, покрасили стены и потолки, поменяли двери и ванну — и сдали квартиру снова. Только спустя три года хозяева узнали, что в их квартире произошло убийство.

Или не произошло.

Турист из Франции

Ночью 14 ноября 2011 года Виктор Половов в первый раз ночевал у своей любовницы Татьяны Крапивиной, с которой они к тому моменту встречались всего неделю.

Около шести утра у него зазвонил телефон — звонила Галина Колядзинская, его девушка, с которой они были вместе уже пять лет. «Все у тебя в порядке?» — спросила она.

Беседа продолжилась, когда Половов собрался, сел в машину и поехал домой — как он вспоминал позже в разговоре со следователями, Галина его «оскорбляла, вымогала деньги для того, чтобы уехать из города и начать новую жизнь».

Дома они продолжили ссориться. После этого девушка, как позже рассказывал Половов, быстро собрала свои вещи в пакеты для мусора, надела пальто с ярко-бирюзовой подкладкой и салатовые ботинки с разноцветными шнурками — и ушла.

Через несколько минут Виктор попытался ей позвонить, однако номер не отвечал. В течение дня он искал Галину у знакомых, но никто ее не видел.

Когда он вернулся домой, ему показалось, что кто-то заходил в квартиру: некоторые вещи были переставлены.

Отец Галины Ян Колядзинский созванивался с ней ежедневно, и когда та перестала отвечать на звонки, сразу же набрал номер Половова. Тот сказал, что они поссорились, и положил трубку. Через два часа Яну позвонила его жена Елена.

Ей Половов сказал, что их дочь взяла у него 300 тысяч рублей и документы и ушла со словами: «Ты меня больше никогда не увидишь, не ищите меня, передай маме, что со мной все в порядке».

Елена Колядзинская виделась с Галиной за день до исчезновения — по ее воспоминаниям, та злилась и нервничала, но не хотела говорить, что с ней происходит.

Тогда же с Колядзинской встречалась и ее подруга Анна — они сидели в баре Downtown, а потом вместе поехали домой.

Как вспоминала Анна, по дороге Галина рассказывала, что устала от отношений с Полововым, хочет сменить обстановку и уехать из города.

Незадолго до того Колядзинская, как рассказывала подруга, познакомилась с неким «туристом из Франции» — она много общалась с мужчиной и была им «очень впечатлена».

По воспоминаниям родственников, девушка не слишком любила Владивосток, считала, что у нее там нет никаких перспектив, и хотела уехать, из-за чего часто ругалась с Полововым.

Анжела Половова, мать Виктора, считала, что Галина переехала в Южную Корею.

По ее словам, девушка рассказывала ей, что отношения с ее сыном подходят к концу, а в последнюю встречу Колядзинская принесла ей «желтый цветок» — символ разлуки.

Елена Колядзинская думала, что Галину могли похитить и увезти в «какую-нибудь восточную страну». Была у нее и другая версия: дочь давно подумывала о том, чтобы уехать в одну из азиатских стран — работать моделью или в эскорт-агентстве.

За несколько недель до исчезновения Галина рассказала матери, что нашла в интернете фирму, которая обещала ее трудоустроить за границей в компанию эскорт-услуг. Чтобы оформить документы, ей нужно было 150 тысяч рублей.

Родители были против — но знали, что девушку это не остановит.

Так или иначе, в ноябре 2011 года, узнав о том, что дочь пропала, Колядзинские сразу написали заявление в полицию.

Девушка из фильма про эльфов

Галина Колядзинская родилась в 1985 году в Ростове-на-Дону; во Владивосток семья переехала, когда ей было 13 лет. В школе она была хорошисткой, любила языки и другие гуманитарные предметы.

После 9-го класса девушка поступила в художественное училище, потом — на факультет дизайна Дальневосточного федерального университета.

Мать описывала Галину как творческого человека с взрывным характером — по ее словам, Колядзинская пережила пять сотрясений мозга, а врачи поставили ей диагноз «аневризма головного мозга»: у девушки часто болела голова — вплоть до потери сознания.

Одновременно с учебой в университете Галина начала подрабатывать моделью, потом и вовсе бросила вуз и поехала на заработки в Пекин. Через три месяца она вернулась и начала встречаться с мужчиной, который казался матери агрессивным и непредсказуемым; когда они ссорились, часто доходило до драк.

В 2006 году, гуляя с собакой, Колядзинская познакомилась с другим собачником — Виктором Полововым. Сначала они просто пересекались на прогулках, потом у них завязались близкие отношения, а в конце концов пара сняла квартиру у Байгуловых и съехалась.

Половов вырос в неполной семье — его родители развелись, когда он был ребенком.

Как он сам позже рассказывал следователям, воспитывала его бабушка, и детство было «унылым» — он был «задроченным ребенком и рохлей, с пацанами не дружил».

Не помогало и то, что мать Половова увлеклась православием: «Кроме религии, ничего не видит, во время каждого разговора навязывает свое вероисповедание, — объяснял Виктор. — Дома икон больше, чем моих фотографий».

Высшее образование Половов получал на факультете связей с общественностью Дальневосточного государственного технического университета. Как он говорил полицейским, в молодости он курил гашиш и пробовал синтетические наркотики — но держался подальше от «всякой ***** вроде героина».

«Во время приходов что-то понимал, — говорил Половов. — То хорошее, что во мне сформировалось, произошло под этим влиянием». В середине 2000-х он подсел на продававшийся в аптеке сироп от кашля «Туссин плюс». «Правильную дозу подберешь — глючило почти как от травки, — вспоминал Половов.

— Приходилось через силу пить — но получал [удовольствие]».

Когда он познакомился с Колядзинской, ему показалось, что она как будто вышла из «фильмов про хоббитов и эльфов». Он боготворил девушку, влюбился без памяти и в итоге из-за этого отчислился из университета.

Чтобы заработать на жизнь, Половов продавал стройматериалы, набирал водителей в таксопарк, а потом сделал небольшой магазин, торговавший покрышками. «Работа была унылое говно, — рассказывал он следователю. — Приносила какие-то крохи.

Денег хватало на самые дешевые продукты».

Как рассказывали знакомые пары, их любимым досугом было сидеть дома и смотреть криминальные сериалы. Половов делал девушке предложение, но та отказалась.

«Галина была легкомысленной, любила погулять, развлечься, — рассказывала одна из их подруг. — Виктор же был серьезным, больше времени хотел проводить дома».

По словам приятеля Половова Виктора Иванова, тот часто говорил, что увлечение девушки ночными клубами ему не нравилось.

Их знакомая вспоминала, что через несколько лет отношения в паре начали портиться. Половов жаловался на Галину, «называл ее неуравновешенной». Однажды знакомая наблюдала, как они ссорятся: Виктор схватил девушку двумя руками за шею и поднял в воздух; та отбивалась ногами и руками.

Летом 2011 года Виктор познакомился с Татьяной Крапивиной — девушкой из Находки, переехавшей во Владивосток. Они периодически пересекались в общих компаниях; с Галиной она тоже была знакома. В ноябре они начали встречаться. До исчезновения Галины оставалась неделя.

Мужчина с мясорубкой

Через несколько дней после того, как Колядзинская пропала, Половов переехал жить к Крапивиной. В следующем году они поженились и сменили фамилию на Коэн.

Источник: https://meduza.io/feature/2017/11/15/sozdavaya-ubiyts

Прав-помощь
Добавить комментарий