Врач психолог не подписывает справку для проведения аборта

Иду на аборт, или О чем говорят с психологом на предабортной консультации | Милосердие.ru

Врач психолог не подписывает справку для проведения аборта

Фото с сайта thestar.com

С 2012 года в составе женских консультаций предусмотрены новые специалисты — психологи, социальные работники, кое-где встречаются даже юристы. По закону, теперь ни одну женщину, обратившуюся с желанием сделать аборт, не направляют на эту процедуру без предварительной беседы с этими специалистами.

Между тем, о необходимости предабортной консультации психолога в интернете разгорелась дискуссия. Что может изменить этот специалист, если к нему обращается взрослая женщина, которая для себя все решила? Кто приходит на аборт в нашей стране, и по каким причинам женщины хотят сделать аборт?

Рассказывает Александра Омельченко, кандидат психологических наук, руководитель программы «Не разлей вода» Благотворительного фонда «Дети наши».

Александра Омельченко, психолог. Фото предоставлено благотворительным фондом «Дети Наши»

Чем разговор с психологом отличается от агитации

— Когда человек обращается к психологу, какова граница отношений психолога и клиента? Психолог может убеждать, уговаривать, советовать, что-то обещать и прочее?

— Если мы берем стандарт качества работы психолога, то хороший специалист, конечно, не должен ни уговаривать, ни убеждать. Но он должен помочь человеку шире посмотреть на проблему. Помочь ему с оценкой внутренних и внешних ресурсов – и тогда человек может принять более взвешенное решение.

Человек приходит к психологу с какой-то проблемой, которую он сам себе сформулировал. Он может на чем-то зациклиться, что-то преувеличить, что-то неправильно разглядеть или неточно назвать.

Ведь он не просто «думает» над проблемой, он переживает, и ему трудно видеть вещи трезво, объективно.

И потому он может видеть то, чего нет, или надумать какие-то последствия, которых не будет. Задача психолога – развернуть человека к более широкому восприятию контекста того, что с ним происходит.

— Давайте рассмотрим ситуацию, когда в кабинете психолога оказывается женщина с незапланированной беременностью. Кстати, у нас государственная служба психологического консультирования в этом случае есть, или все психологи в женских консультациях работают от НКО? 

— Государственная служба есть. В частности, мы сотрудничаем с психологом, которая работает в центральной клинической больнице города Сафоново Смоленской области и является психологом женской консультации. То есть, женщину, которая заявляет, что хочет делать аборт, автоматически направляют к этому психологу.

— То есть, сейчас предабортный прием психолога в женской консультации – это уже нормальная ситуация, входящая в ОМС?

— Я не знаю, насколько широко это распространено. Возможно, это есть не везде, как все у нас, даже если оно прописано в стандартах медицинской помощи, но по существу никакого удивления это уже не вызывает. Хотя я думаю, что исходно идею о необходимости такой помощи продвинули НКО.

Женщины в период нервного срыва

— Каковы основные особенности женщины, когда она обращается в женскую консультацию с просьбой об аборте?

— Такие женщины часто бывают в серьезном стрессе, и подходить к ним следует как к людям в кризисной ситуации.

Нередко женщина боится, что незапланированная беременность приведет к снижению материального уровня ее жизни. Причем под «материальным уровнем жизни» подразумевается как страх «нищеты», так и страх потерять достаточно высокий уровень благосостояния и карьеру. Помимо материальных страхов, называют страх испортить или потерять отношения с мужем или отцом ребенка.

Причем интересно: принять решение об аборте может даже женщина с отрицательным отношением к этому феномену вообще.

То есть, до и после аборта она может критически относится к прерыванию беременности и любить детей, но в своей критической ситуации – прийти на аборт. И здесь психологу важно вернуть женщину к ее собственному пониманию этого вопроса.

Еще есть такая закономерность: во всем мире существует проблема ранней беременности и ранних абортов, когда девочка беременеет просто по незнанию, по крайней мере, такой процент там выше.

У нас на аборт чаще идут зрелые женщины – это способ регулирования численности семьи.

С этим тоже связана некоторая специфика консультирования.

— То есть, это сложившаяся пара, которая просчиталась с контрацепцией?

— Может быть пара или не пара, но у нас часто делают аборт женщины где-то 27-29 лет.

Решение об аборте как последствие

Фото с сайта abort97.org

— Та оценка ситуации, с которой женщина перед абортом приходит к психологу, насколько адекватна?

— Нужно понимать: основное, что вы можете получить в результате беседы с психологом, — это переформулирование проблемы. Часто человек не может глубоко оценить, в чем его проблема, — он видит какие-то ее последствия, ее признаки.

Например, женщина приходит и говорит: «Проблема в том, что я не хочу ребенка. Но без беседы с психологом мне не дают направление на аборт». А выясняется, что у нее проблемы с мужем, и они не решатся просто отсутствием ребенка. Психолог должен очень точно, очень деликатно выявить и очертить проблему.

У свободы есть границы

Фото с сайта mhealth.org

— Можем ли мы в этом случае сказать, что женщина входит к психологу и выходит от него, находясь в одной и той же ситуации?

— Да, психолог ситуации не решает. Он не изменит мужа (если тот останется дома) и не даст женщине денег… Главное – развернуть  внимание женщин в  сторону собственной жизни и помочь оценить собственные ресурсы и перспективы.

Иногда специалистам по доабортному консультированию удается организовать прием, на котором будет пара, а не одна женщина в стрессе. Вероятность отказа от аборта в таком случае повышается.

И нельзя забывать о праве ребенка на жизнь. Мы знаем, что граница свободы одного заканчивается там, где начинается граница свободы другого.

Решение об аборте – это нарушение свободы ребенка и посягательство на его права. Жить, любить, работать.

И здесь важен вот какой момент. Специалист по доабортному консультированию должен точно считать зародившуюся жизнь  — безусловной ценностью.

Иногда только он и может выступить как бы от «имени ребенка». Этот прием лежит в основе ряда техник по работе с женщинами, желающими сделать аборт.

И именно эта позиция специалиста и его вера, в концов, движет процесс поиска ресурсов в ходе консультирования.

— А что такое ресурс, и какие они бывают? Что, собственно, ищет психолог совместно с женщиной?

— Важно найти новые возможности, которые ребенок привнесет в жизнь женщины. Возможности, которые есть у нее в окружении. Тут методика отчасти схожа с тем, как работают с женщинами, которые оставляют детей в роддомах — важно обеспечить женщине чувство физической и психологической безопасности и найти людей, которые могли бы поддержать ее, особенно на первом самом остром этапе.

Главное – предостеречь женщину от недостаточно взвешенных решений, о которых она сама через некоторое время будет жалеть.

Вообще профилактику абортов можно считать начальным этапом профилактики отказов от новорожденных. Ведь несформированность позиции матери может привести и к тому, и к другому последствию. А, значит, специалист по доабортному консультированию должен работать на то, чтобы женщина увидела себя матерью этого ребенка.

Поговорили: что дальше?

— Допустим, женщина побеседовала с психологом. Что происходит дальше?

— Это зависит от многих факторов.

Женщина ограничена во времени принятия решения – иногда она не может думать даже и неделю – потому что через несколько дней после обращения в консультацию у нее истекает срок, до которого по нашим законам аборт делать можно.

Насколько знаю, данные есть разные. Мы знаем про 10 процентов отказов от аборта после консультации. Но что значит проценты? Это жизни. И судьбы. Причем не только малышей, но их мам.

Юридическая справка: Пункт 104 Приказа Министерства здравоохранения РФ от 1 ноября 2012 г. № 572н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)»» гласит: «При первичном обращении женщины для искусственного прерывания беременности по желанию женщины или по социальному показанию врач-акушер-гинеколог, а в случае его отсутствия — врач общей практики (семейный врач), медицинский работник фельдшерско-акушерского пункта, направляет беременную в кабинет медико-социальной помощи женской консультации (Центр медико-социальной поддержки беременных женщин, оказавшихся в трудной жизненной ситуации) для консультирования психологом (медицинским психологом, специалистом по социальной работе). При отсутствии кабинета медико-социальной помощи (Центра медико-социальной поддержки беременных женщин, оказавшихся в трудной жизненной ситуации) консультирование проводит медицинский работник с высшим или средним медицинским образованием, прошедший специальное обучение, на основе информированного добровольного согласия женщины». То есть, беседу с женщиной, обратившейся в женскую консультацию с желанием сделать аборт, проведут в любом случае, просто не везде это будет психолог.Вместе с тем, Приложение 33 к этому же приказу в рекомендуемой структуре «Центра медико-социальной поддержки беременных женщин, оказавшихся в трудной жизненной ситуации» предполагает и медицинского психолога, и психолога телефона доверия, и врача-психотерапевта. Среди задач центра называется пропаганда «позитивного отношения к родительству» и «оказание содействия в предоставлении временного приюта в учреждениях социальной защиты (а также, в приютах, созданных общественными и религиозными объединениями), организации патронажа женщинам, нуждающимся в медико-социальной помощи, реабилитации и поддержке». Приказ подписан министром здравоохранения РФ Вероникой Скворцовой.

Источник: https://www.miloserdie.ru/article/idu-na-abort-ili-o-chem-govoryat-s-psihologom-na-predabortnoj-konsultatsii/

Аборт: убийство или вынужденная необходимость?

Врач психолог не подписывает справку для проведения аборта

Аборты были вновь разрешены в   СССР 23 ноября 1955 года  со ссылкой на «непрерывный рост сознательности и культурности женщин». До сегодняшнего дня на постсоветском пространстве не утихают споры об этой медицинской процедуре.

В 2012 году  православные и католики предложили  дополнить законопроект “Об охране здоровья” нормами, запрещающими аборты, суррогатное материнство и операции по изменению пола.

Они считают, что  искусственное прерывание беременности   недопустимо и предлагают полностью исключить аборты из переченя медицинских услуг.

Сторонники абортов говорят, что никто, кроме самой женщины, не вправе решать, как ей поступать со своим телом и своей жизнью. Противники абортов больше внимания уделяют не женщине, а плоду, который называют полноценным человеком, и настаивают на том, что прерывание беременности – это убийство.

Обозреватель портала www.interfax.by встретилась с врачом-гинекологом и психотерапевтом, которые трезво взглянули на физическую и этическую стороны искусственного прерывания беременности.

Как происходит аборт

Заведующая женской консультацией 32-й поликлиники Минска Светлана Бутвиловская считает, что принимать решение об аборте должна сама женщина, но пытается отговорить каждую свою пациентку от такого шага.

– Аборт – это прерывание беременности в течение первых 22 недель, когда плод еще не жизнеспособен. Ни для кого не секрет, что аборты бывают медицинские и криминальные – вне стен лечебных учреждений. К счастью, последнее у нас давно уже не происходит.

Существует несколько способов прерывания беременности. Мини-аборт производится до 4-недельного срока беременности.

Шейка матки захватывается пулевыми щипцами, и после расширения шеечного канала в полость матки вводится трубка от вакуум-аспиратора, в котором создается отрицательное давление для отсасывания содержимого – эмбриона размером 5-6 мм.

Аппарат мгновенно умерщвляет его и отправляет в банку для отходов. Такой аборт делается в условиях женской консультации амбулаторно.

На сроке до 12 недель аборт делается в стационаре, с помощью специального петлеобразного ножа – кюретки, который расчленяет плод на части и удаляет из матки. Аборт, как и мини-аборт, делается вслепую, что создает большую вероятность травм.

И тот и другой вид абортов производится платно.

После 12 недель беременность по желанию женщины не прерывается.

Только по медицинским показаниям: если беременная имеет какие-то заболевания, которые могут значительно ухудшить ее состояние здоровья; по генетическим причинам – если находят какие-то пороки плода.

И на сегодняшний день существуют социальные факторы для прерывания беременности, которые оговорены приказом министерства здравоохранения. К примеру, развод с мужем, смерть супруга, то, что женщина состоит на учете в центре занятости как безработная.

При подобном прерывании беременности шейка матки захватывается пулевыми щипцами, расширяется цервикальный канал, через него или через стенку матки длинной иглой прокалывается плодный пузырь, отсасывается определенное количество околоплодных вод и вводится такое же количество концентрированного раствора поваренной соли. Через определенное время развивается родовая деятельность и эмбрион изгоняется из матки.

Физические последствия аборта

– Поскольку даже качественно проведенный аборт – это насильственное прерывание естественного процесса, вред от него поистине всесокрушающий.

Организм женщины испытывает шок, так как все органы и системы, настроившиеся на развитие эмбриона, после его удаления пребывают в состоянии «растерянности».

Наступает дисбаланс гормональной, иммунной, почечно-печеночной функций. Женщина становится раздражительной, ухудшается сон, повышается утомляемость.

Все последствия аборта можно условно разделить на две группы. Первая – это те заболевания, которые возникают непосредственно после искусственного прерывания беременности: воспаление слизистой оболочки матки, перфорация матки, воспаление маточной трубы и яичников, нагноение яичников, воспаление тазовой брюшины, общее заражение крови.

Вторая группа – это отдаленные последствия аборта: хронический воспалительный процесс в придатках матки, нарушение функции яичников, спаечная болезнь органов малого таза с болевым синдромом, внематочная беременность, бесплодие.

Особое внимание необходимо уделить тем осложнениям, которые возникают при последующих беременностях.

В первую очередь это невынашивание беременности, достаточно высок процент преждевременных родов, очень часто встречается неправильное положение плода в матке, маточно-плацентарная недостаточность, при которой нарушается нормальное кровоснабжение плода. После родов – частичное или полное приращение последа, что требует оперативного вмешательства вплоть до удаления матки.

Юридический аспект

В настоящее время перед проведением операции мини-аборта женщина полностью информирована о том, на что она идет, и подписывает согласие на искусственное прерывание беременности, которое гласит:

«Врач, в соответствии с правами пациента, поставил меня в известность о том, что искусственное прерывание беременности – это операция, которая может иметь непоправимые последствия для здоровья, вплоть до летального исхода.

В доступной форме мне разъяснили особенности осложнений, возможных при проведении операции: кровотечение, ранение матки и органов брюшной полости, что может потребовать переливания крови и расширения объема оперативного вмешательства в целях личной безопасности.

Обязуюсь не предъявлять претензий к врачам при необходимости повторного выскабливания полости матки в случае остатков плодного яйца.

Известно, что в послеоперационном периоде возможно развитие острого или обострение хронического воспалительного процесса с септическими осложнениями, которые требуют дополнительных консервативных и оперативных лечебных мероприятий. Знаю, что перечисленные осложнения могут привести к потере репродуктивной функции и инвалидности. Прошу по моему добровольному желанию произвести искусственное прерывание беременности. Желание является добровольным и осознанным».

Но все ли женщины действительно осознают, чего они желают и какие последствия для них может иметь такая операция?

Моральные терзания

– На сегодняшний день моральный аспект немаловажен. Все прекрасно понимают, что берут грех на душу, когда губят зарождающуюся жизнь. Поэтому многие после прерывания беременности очень страдают и нужно какое-то время, чтобы женщина могла восстановиться и физически и морально.

Случалось отговаривать женщин от аборта. Обычно они рассказывают о том, что и хотели бы ребенка, но не позволяют жилищные условия, зарплата и так далее. Тогда мы обращаем их внимание на то, что через год, возможно, все поменяется – у вас появятся деньги, у вас появится квартира, но у вас может не быть беременности, и возникнут серьезные проблемы.

Одна моя пациентка, которая недавно брала направление в стационар по поводу оперативного лечения бесплодия, сказала, что очень часто меня вспоминает, потому что в свое время, перед тем как сделать ей вакуум, я долго беседовала на тему отказа от прерывания беременности, но муж сказал категорическое «нет, нам пока не надо».

У нас есть фильм о вреде аборта «Безмолвный крик», который демонстрируем женщинам. Там показывается, как эмбрион пытается увернуться от медицинских инструментов. Реакция у беременных на это видео разная. Одни говорят: «Зачем вы мне показали этот фильм? Как же я пойду на аборт, если буду знать, что он себя там так ведет?», а другие совершенно спокойно все воспринимают.

Не так много женщин удается отговорить, но я считаю своим долгом поговорить с каждым человеком и сказать, что я думаю по этому поводу. Но последнее слово всегда за самой женщиной.

Церковь и аборты

– Я не против церкви, если это профилактические мероприятия. Например, проповеди о нравственном воспитании, о том, как надо правильно жить, как надо себя вести – это здорово, так и должно быть. Чем в большем количестве мест будут говорить про мораль и целомудрие, тем будет лучше.

Мы встречаемся с представителями разных направлений христианства, недалеко от нас находится церковь «Благодать».

Там прихожанам говорят о том, что им грешно предохраняться – и мужчинам, и женщинам, и в то же время делать аборт – тоже грех. Я считаю, в данном случае происходит ущемление прав женщины.

Понятно, что если люди ходят в церковь каждую неделю, то она оказывает на женщин влияние чаще, чем медицинские работники, что неправильно.

Пусть бы они проводили свою работу в том ключе, что беременность должна быть желанная, что рано начинать половую жизнь – плохо. Но когда они говорят, что женщине нельзя предохраняться, сколько беременностей дал Бог, столько раз и нужно рожать – здесь мы категорически не согласны.

Ведь даже если семья хорошая, материально обеспеченная, дружная, женщина должна рожать с определенным интервалом.

По данным Всемирной организации здравоохранения, этот срок должен быть не менее двух лет, чтобы после беременности организм мог восстановиться, чтобы меньше проблем было при последующей беременности.

Если к нам приходит многодетная женщина, то она либо человек глубоко верующий, либо это социально неблагополучная семья, где мать живет на пособия своих детей. Это две крайности, а должна быть золотая середина. Мы сейчас живем в цивилизованное время, и все должно быть спланировано так, чтобы не было проблем ни у женщин, ни у тех деток, которые рождаются, ни у докторов.

Женщина важнее эмбриона

Психотерапевт Леонид Шемляков считает, что противники абортов, уделяя много внимания эмбриону, который ни юридически, ни медицински не является человеком, забывают о том, что, на его взгляд, более важно – психологическом здоровье женщины.

– Я ни в коей мере не являюсь сторонником абортов, у нас с женой двое детей, и мы их очень любим. Но это были желанные дети. И только сама беременная женщина может решать, как ей поступить. Ни общество, ни государство, ни церковь не вправе вмешиваться в этот процесс. В конце концов, не церковь вынашивает беременность и не общество растит рожденного ребенка каждый день его жизни.

Женщина и так находится в стрессовом состоянии, нуждается в психологической поддержке и профессиональной помощи. Но вместо этого на нее обрушивается мощное психическое давление, цель у которого – заставить отказаться от аборта, и средства довольно односторонни.

Противники абортов подменяют понятия, стараясь манипулировать эмоциями женщин, называя эмбрион «человеком», «ребенком», «малышом», «младенцем», тогда как ни с юридической, ни даже с физиологической точки зрения нерожденный плод человеком не является.

Женские консультации завешаны плакатами вроде «Аборт – это когда мама убивает своего ребенка», а ведь это ложь: неродившая женщина не является матерью, а нерожденный плод – ребенком.

Даже то, что женщина откажется от аборта под давлением, не гарантия того, что после родов она не отдаст ребенка в детский дом или, что еще хуже, не попытается его выбросить или убить.

Где ответственность мужчин?

– Ответственность за аборт возлагают исключительно на женщину, именно ее обвиняют в том, что «загублена жизнь».

О мужчинах в этой связи как-то не принято говорить, а ведь именно они в ряде случаев становятся причиной того, что женщина решается на искусственное прерывание беременности: нестабильные отношения, неуверенность в будущем и, наконец, простое нежелание мужчины стать отцом, растить ребенка, нести за него ответственность и участвовать в воспитании морально и материально.

Что-то я ни разу не видел плакатов про то, как здорово быть папой. В чем причина такого критического перекоса в обществе? Почему не считается нужным готовить молодых мужчин к тому, что они станут отцами? Какая роль им отводится в этом процессе – зачатие и материальная поддержка в дальнейшем, получается? Вопросы без ответа, но они требуют этого ответа.

Посмотрите, сколько мужчин при разводе оставляют бывших жен матерями-одиночками, сколько уклоняются от уплаты алиментов, сколько попросту забывают о том, что у них есть дети, полностью погружаясь в новый брак. Так может, стоит начать воспитывать мужчин, и тогда количество абортов по социальным показателям сократится?

«Безмолвный крик» – подделка

– Что касается фильма «Безмолвный крик», который показывают беременным женщинам во многих странах, то его уже много раз подвергали обструкции за ненаучность, искажение фактов, преувеличения и признали грубой фальшивкой, не имеющей ничего общего с реальной процедурой аборта.

Даже известный православный пропагандист Андрей Кураев признал это в прямом эфире федерального российского канала во время передачи об абортах, где истово сражался с Марией Арбатовой.

Лично мне кажется очень странным, что в 2010 году продолжает приниматься во внимание сомнительное кино, снятое аж в 80-х годах прошлого века, и это морально устаревшее видео демонстрируют в государственных клиниках.

Почему-то при почти безграничных возможностях современной аппаратуры никто не снимает больше подобные фильмы – это еще одно доказательство несостоятельности и ангажированности «Безмолвного крика».

Психика женщины нуждается в защите

– Что касается возникновения психологических проблем у многих женщин, сделавших аборт, то это естественно. Любой человек испытывает в такой ситуации сильный эмоциональный и физический стресс и будет его как-то переживать, а дополнительным фактором давления на психику будет осуждение общества.

Но давайте не забывать, что те, кто родил ребенка, также испытывают невероятный стресс, и у новоявленных мам нередко случается такая психопатология, как послеродовая депрессия. Ею страдают, по разным данным, от 15% до 40% всех рожениц. А ведь это фактор, который воздействует не только на мать, но и на ребенка, которого она воспитывает.

Так что психологическая помощь и поддержка нужна и тем, кто сделал аборт, и тем, кто стал матерью.

Тем беременным женщинам, которые еще не решили, оставлять им ребенка или нет, рекомендую обратиться к незаинтересованному лицу – доктору-психотерапевту, который поможет принять решение, основываясь на анализе фактов и общей ситуации, а не на своем личном взгляде на жизнь или религиозных убеждениях.

Источник: https://interfax.by/news/zdorove/raznoe/61602/

Какие аргументы приводят психологи женщинам, идущим на аборт

Врач психолог не подписывает справку для проведения аборта

По данным Министерства здравоохранения, сейчас по всей стране при женских консультациях и роддомах работает более 1,5 тысячи отделений и центров психологической и социальной помощи беременным женщинам.

Основная задача специалистов в этих отделениях – помочь даме в положении, желающей сделать аборт, принять решение все же в пользу сохранения беременности.

И, судя по отчетам Минздрава, они с ней неплохо справляются – за пять лет число абортов снизилось на 25%, а это, уточняют чиновники, ни много ни мало 250 тысяч новых жизней.

Во всех ли женских консультациях страны есть психологи и что на самом деле входит в их обязанности, разбирались корреспонденты “РГ” на местах.

Тяжелая артиллерия – чиновники и священники

По идее, через беседу с психологом в обязательном порядке должна пройти каждая женщина, обратившаяся в женскую консультацию за направлением на аборт.

Записать ребенка на прием к врачу в Москве стало проще

В Пензенской области губернатор решил, что этого недостаточно, и предложил в помощь психологам глав районов. Теперь с беременными беседуют и чиновники.

Если пензячка желает сохранить ребенка, но ей мешают жизненные условия – проблемы с работой, жильем, опасения, связанные с устройством в детсад, то власти должны найти возможность помочь ей.

Для гарантий с теми женщинами, кто откажется от аборта, будут заключать социальный контракт.

В Белгородской области пошли еще дальше. Там решившимся на аборт без медицинских показаний женщинам советуют побеседовать с православным священником. Эта практика в регионе не нова, она насчитывает уже свыше десятка лет. Курирует проект руководитель Епархиального центра защиты жизни и православных семейных ценностей отец Иоанн Залога.

– Как правило, изначально причина лежит в легкомысленных отношениях между мужчиной и женщиной, – говорит отец Иоанн. – Когда женщина узнает о беременности и сообщает мужчине, начинаются конфликты.

И вот именно в этот сложный момент мы и беседуем с ней, когда она стоит перед выбором: сохранить или не сохранить. И шансы, как говорится, 50 на 50. Конечно, многие сразу говорят нам о сложном финансовом положении. Но по опыту скажу, это только у одной из 15 женщин реально нет средств.

Остальные – просто оправдывают таким образом свое намерение. Наша цель – не просто отговаривать от аборта. Мы рассказываем о том, какие меры поддержки в этой ситуации мы можем предложить беременной женщине и уже родившей. И универсального аргумента против аборта у нас, наверное, и нет.

Но просто после этих бесед женщина начинает размышлять. Ситуация не кажется безнадежной.

Двое суток тишины

Встреча с психологом ждет всех жительниц Воронежской области, решивших прервать беременность и обратившихся с этим в женскую консультацию, сообщили в областном департаменте здравоохранения. В случаях когда в консультации при районной поликлинике психолога нет, направляют в один из центров медико-социальной поддержки беременных.

“Если женщина ждет ребенка и столкнулась с отсутствием поддержки со стороны отца ребенка и родственников, материальной необеспеченностью или депрессией, имеет проблемы с жильем или работой, то она также может обратиться в ЖК за помощью”, – отметили в облздраве.

Свыше 13 тысяч мужчин в России взяли отпуск по уходу за ребенком

В Астрахани штатные психологи сегодня в обязательном порядке работают в каждой женской консультации. В консультации при астраханском роддоме с недавних пор также функционирует кабинет по отказу от курения.

Как рассказала заведующая женской консультацией Эльнара Краморева, после того как женщина сообщает медикам о своем желании прервать беременность, наступают так называемые 48 часов тишины. Эти двое суток даются женщине на размышление, и этого времени зачастую хватает, чтобы она изменила решение.

– В 2018 году из 197 обратившихся на аборт женщин 120 впоследствии передумали и встали на учет по беременности, – довольна результатом доктор Краморева.

Однажды, вспоминает Краморева, на аборт пришла астраханка, воспитывающая сына с ДЦП. Она заявила, что хочет прервать беременность, так как у нее нет времени заниматься будущим ребенком. К счастью, ее удалось отговорить от рокового шага. Доводом стало то, что будущий малыш может стать помощником и лучшим другом ее нездоровому первенцу. Сейчас она уже родила здорового мальчика.

Помощь на полставки

Как сообщили “РГ” в министерстве здравоохранения Новосибирской области, психологи работают в 25 женских консультациях региона. Это значит, что они есть во всех консультациях Новосибирска, но отсутствуют в сельских районах.

Для того чтобы сельской жительнице встать, например, на учет по беременности, ей нужно отправиться в ближайший райцентр, где есть женская консультация.

Если же она намеревается прервать беременность, то отговаривать от этого решения в консультации райцентра, получается, ее будет кто угодно, но только не психолог, имеющий для этого специальную подготовку.

Запрашивать пособие на ребенка можно будет по фактическому адресу

В соседней Омской области, как сообщила “Российской газете” представитель областного минздрава Светлана Оспенникова, психологи сегодня есть в штате всех женских консультаций в 32 районах региона. Правда, где-то они оформлены на четверть или полставки.

Вообще нехватка кадров в сельской местности – повсеместная проблема. Зачастую жителям бывает непросто попасть к обычному врачу, не только к психологу.

Так, в Центральной больнице Ольгинского района Приморского края “РГ” рассказали, что психолога нет – ни в штате ЦРБ, ни как помощника гинеколога. А в Яковлевском районе и не до психолога – в местной райбольнице нет штатного гинеколога, приезжает раз в неделю специалист из города Арсеньева. Но психолога, если очень понадобится, могут вызвать из того же Арсеньева или дать к нему направление.

Немногим лучше ситуация в краевом центре. Например, в женской консультации № 2 Ленинского района Владивостока в штате психолога нет. Медучреждение относится к перинатальному центру, в котором услугу консультации с психологом можно получать на коммерческой основе.

В Якутске ситуация лучше. Там действует Центр охраны здоровья семьи и репродукции с целым штатом психологов.

Полезная книжка

Всероссийский телефон доверия по вопросам кризисной и незапланированной беременности:

8(800) 100 44 55 (ежедневно c 9.00 до 21.00 по московскому времени).

Пензенская область

Семьи на Камчатке получат больше 40 тысяч за рождение первого ребенка

Городское отделении реабилитации управления соцзащиты: 8-8412-440-003.

Источник: https://rg.ru/2019/03/12/kakie-argumenty-privodiat-psihologi-zhenshchinam-idushchim-na-abort.html

«В цивилизованных странах нет такого» Самарские частные клиники отказываются от проведения абортов под давлением местного минздрава. Что об этом говорят врачи?

Врач психолог не подписывает справку для проведения аборта

20 ноября глава минздрава Самарской области Михаил Ратманов сообщил, что его ведомство попросило частные клиники региона отказаться от проведения абортов. По словам чиновника, из 31, имеющей лицензию на проведение процедуры, на призыв откликнулись десять. Они уже успели «добровольно сдать» разрешения.

В 2020 году частные самарские клиники вообще не будут проводить аборты, рассчитывает самарский министр. Власти обещают, что прерывание беременности по-прежнему можно будет провести в государственных медучреждениях — однако там женщин будут убеждать его не делать.

До этого в Самарской области — как и в ряде других регионов — уже проводили акции отказа от абортов на один или несколько дней. Новую инициативу в самарском минздраве объяснили тем, что многие частные клиники в силу «коммерческой заинтересованности» не соблюдают законы и не всегда способны качественно провести процедуру.

Против инициативы властей создана онлайн-петиция, а областная прокуратура начала проверку законности отказа клиник от проведения абортов. «Медуза» поговорила с гинекологами и акушерами из частных клиник Самары о том, как они относятся к новой политике самарских властей.

Владимир Дурасов

акушер-гинеколог, стаж 31 год

Я не специалист по абортам, хотя и заведовал гинекологическим отделением 25 лет и каждый день проводил операции. Врач должен оказывать помощь больным женщинам и давать им жизнь, а отнимать жизни он не должен. По своим моральным понятиям считаю, что врачу не стоит делать аборты. Слава богу, я смог отказаться, потому что были врачи, которые выполняли эти операции.

Эту рекомендацию я считаю правильной. Операции не должны проводить на каждом углу. Частные клиники, как правило, ведут неполный учет абортов, могут не соблюдать , когда женщине дают время обдумать этот серьезный шаг и посоветоваться с психологом.

Не думаю, что все частные клиники — особенно небольшие — имеют в штате психолога, который бы проводил эти беседы.

Во многих случаях процедура выполняется формально, а многие женщины откажутся от абортов, если с ними будет разговаривать грамотный специалист.

Любые аборты , и я видел грозные последствия. Больше тридцати лет назад, когда я был студентом, то наблюдал и фатальный исход. Тогда после аборта погиб человек. Возможно, меня это шокировало на всю жизнь. Прерывание беременности калечит психику и врачей, и пациентов, поэтому чем их будет меньше, тем лучше.

Должны быть клиники абортов — штуки три на город, не больше. Если есть врачи, которые по своим моральным убеждениям считают приемлемым выполнение абортов, — бога ради, пусть они это делают, но занимаются только этим. Пусть это выполняется в крупных центрах, где есть возможность провести коррекцию осложнений, которые могут возникнуть в процессе.

Женщины в нашем городе [из-за отказа десяти клиник проводить процедуру] не пострадали, потому что никто не запрещает выполнять аборты в государственных лечебных учреждениях.

Для этого там достаточно условий и оснащенности. Тем более что за последние 10 лет количество абортов в Самаре значительно снизилось.

Как заведующий отделением я почувствовал это, потому что женщины стали осведомленнее в вопросах контрацепции.

 — хирурга по образованию — я поддерживаю. Не думаю, что это популистское решение и желание набрать очки. Это принципиальная позиция, и он последовательно ее проводит в жизнь. Сейчас даже в государственных клиниках разрешено делать аборты не каждый день, а лишь в определенные. Есть жесткий регламент для выполнения этих процедур.

Рекомендации, которые даны министерством здравоохранения, должны быть исполнены, потому что никто не пойдет против них. Никто не захочет ссориться с ними.

Анастасия Синицына

врач-репродуктолог в частной клинике, стаж девять лет

Как врач и женщина я против абортов. Но запрещать их не нужно. Мы и весь мир это уже проходили. Когда и в Штатах, и в Советском Союзе запрещали прерывание, то это приводило к криминальным последствиям и к высокой доле смертности у женщин. Операции делали без анестезии и без обезболивания на каких-то непонятных квартирах. Этот шаг мир преодолел. Это не тот путь, по которому нам следует идти.

Борьба с абортами для меня — это повышение сексуальной грамотности населения: работа с подростками и молодыми людьми, обучение контрацепции. Эта тактика работает, и на европейских странах это доказано.

Результатов можно добиться с помощью сексуального просвещения, но нужно, чтобы люди ушли от табуирования темы секса. Не уверена, что школы к этому готовы.

Но чтобы у детей была доступная информация и они не просто смотрели порно, нужно вести эти разговоры и в семьях.

Некоторые женщины воспринимают медикаментозные аборты как таблетку от беременности. Не понимают вреда, хотя если выбирать между обычным хирургическим и медикаментозным, второй, конечно, лучше — меньше последствий. Но запрещать аборты — плохой способ борьбы с ними, это приведет к росту осложнений и криминальных абортов. Я специализируюсь на . Аборт находится среди причин этого.

Это усложнит жизнь женщинам, решившимся на аборт. Любой хороший врач, что в государственной, что в частной клинике, поговорит с пациенткой, предупредит о рисках, даст время на раздумья. Но решение остается за женщиной, как и выбор места оказания помощи.

Сначала для получения лицензии [на проведение абортов власти] ввели более строгие требования к проведению абортов. С одной стороны, это безопаснее для клиентов, с другой — к клиникам предъявляются более высокие требования в плане оснащения.

Сейчас по большей части прерывание ведется таблетированно. В большинстве случаев для этого не нужна операционная. Соответственно, усложнение лицензирования снижает количество клиник, которые могут заниматься не только медикаментозным прерыванием.

 

Все это прикрывается благими целями и звучит хорошо. Но сама позиция минздрава, что частные клиники не соблюдают закон, не соответствует действительности и принижает уровень частной медицины. Если женщины начнут обращаться в больницы, скорее всего, сервис будет страдать. 

Если акушеры-гинекологи скажут, что аборты — это зло, и не будут этого делать, то все «правильные» и «хорошие» доктора начнут проводить операции втихую. Однозначно это плохо, но бороться надо не с количеством абортов, а чтобы внеплановой беременности не было.

Марат Тугушев

гинеколог-хирург, главный врач частной клиники, стаж 27 лет

Мы изначально развивались как клиника репродуктивной медицины, то есть способствовали рождению новой жизни. Поэтому выполнение медицинских абортов было бы неэтично по отношению к тем женщинам, которые приходят к нам за ребенком, за помощью.

Но нам все равно нужна лицензия, потому что она общая и требуется на тот случай, когда приходится прерывать беременность по медицинским показаниям и при пороках развития: допустим, если плод без головы.

Тогда нужно эвакуировать содержимое полости матки.

Запретить или отобрать лицензию просто так юридически невозможно. Поэтому министр проводит работу, направленную на то, чтобы клиники добровольно сделали это. Мы же все прекрасно понимаем, что медицинский аборт несет массу осложнений, которые не проявляются сразу после операции. Грубое вмешательство в организм женщины может привести к бесплодию. 

На первом месте должен быть не запрет, а работа с женщиной, которая приняла решение об аборте. Это есть во всех наших стандартах, когда нужно провести доабортное консультирование.

Во время консультации врачу обязательно нужно поговорить с женщиной и рассказать о негативных последствиях от аборта. Это правильно.

И у министра есть идеи, которые ограничивают по времени решение женщины об аборте — когда у женщины есть «день тишины», она может подумать, все взвесить и отказаться от поспешного решения, сохранив младенца.

Права женщин не нарушаются. Совсем ведь аборты не запрещают. У женщины все равно остается право выбора, и она может обратиться в государственную клинику, которая продолжит выполнять эти процедуры. Запрещать аборты, на мой взгляд, нельзя.

Иначе качели качнутся в другую сторону, когда начнутся криминальные аборты, что намного хуже, чем выполнение этой процедуры в нормальных медицинских условиях. Мы же уже с этим столкнулись в 1936 году [когда в СССР был введен запрет на проведение абортов]. Тогда пошли криминальные аборты, сделанные вне медицинских учреждений, и на их фоне — смерти женщин.

Не важно, кто его выполнил: врач, не врач или акушерка. Если это не в стенах медицинского учреждения — это криминальный аборт. Как правило, они заканчиваются плачевно.

Светлана Белова

акушер-гинеколог в частной клинике и государственной больнице, стаж 24 года; имя собеседницы изменено по ее просьбе

Об этом [рекомендациях по отказу от абортов] стало известно давно, как только новый министр появился. Письма с рекомендациями минздрав разослал еще летом 2019 года. Тогда же государственным больницам предложили проводить прерывание только по вторникам и четвергам, чтобы в коридорах не смешивались женщины: те, кто на аборт, с теми, кто в операционную. 

Это нормально в Арабских Эмиратах или других странах восточного зарубежья, где запрещены аборты. В России так делать нельзя, ведь в цивилизованных странах нет такого. Человек должен сделать выбор сам, чтобы никто не заставлял его насильно. 

Многие клиники [в Самаре] действительно уже отказались от абортов. Может быть, откажутся все, но дело в том, что от этого абортов меньше не станет. Если человеку надо сделать аборт, то он его все равно сделает. Вокруг нас много регионов — Ульяновская, Саратовская и Оренбургская области, — куда женщине легко добраться, и ей сделают операцию там.

Раз государство хочет, чтобы не было абортов, нужно делать что-то ради этого. Не только духовенство призывать и увеличивать штат психологов. Профилактику надо проводить до нежелательной беременности. Объяснять, начиная со школы, как и что устроено, чтобы в детском возрасте они понимали, к чему могут прийти.

В первую очередь заниматься сексуальным просвещением. От государственных больниц мы ходим в школы и лицеи, читаем лекции о нравственности и предохранении.

В 2017 году мы приходили в ЗАГС и рассказывали тем, кто только подал заявление, о безопасном сексе, и о том, как избежать нежелательной беременности, как к этому подготовиться.

В конце 1990-х и начале 2000-х нам раздавали бесплатные , контрацептивы для женщин и презервативы для мужчин. Потому что есть слой населения, который просто не может купить спираль даже за тысячу рублей.

 Тогда мы писали в карточке пациента, чтобы ему выдали презервативы или таблетки. У меня на участке было пять женских общежитий, и я девушкам ставила спирали. Очень многим раздавали [противозачаточные] таблетки, они пили их, приносили пустую упаковку и брали новую.

Это работало. Сейчас ничего из той поддержки уже нет.

Я понимаю, что это [прерывание беременности] плохо, и объясняю каждой женщине, что с моральной стороны она совершает убийство. Все разговоры о том, что в плодном яйце нет сердца — только разговоры. Все у него есть, просто очень маленькое. Но бывают разные ситуации, иногда мне хочется сказать: «Нет, ты уж лучше сделай».

Потому что такие нищенские условия, в каких живут некоторые женщины и будут воспитывать там же ребенка, — это ужасно. Лучше она убьет его в чреве, чем будет издеваться над ним полжизни. Тем не менее всегда нужно говорить о двух человеках. Поэтому мужчинам, которые приходят на аборт вместе с женщинами, тоже объясняю, что это и их убийство.

Не думайте, что она убивает одна. 

О содеянном жалеет только 30–40% женщин. Мне кажется, не жалеют лишь те, у кого низкий уровень IQ. Но аборт — личное дело каждой женщины, ведь не мне растить ребенка, не государству, не психологу, не церкви, а ей. Ей с ним быть всю жизнь.

Мне кажется, что ни один врач не имеет стопроцентной веры, что аборты — это плохо. Если, конечно, он не какой-то радикальный верующий. Мы всегда много общаемся с докторами на эту тему.

Из моего окружения 80% женщин-гинекологов прерывали себе беременность. А что, мы такие же люди с такими же семьями.

У меня, например, есть подруга-доктор, которая всегда была категорически против абортов, но когда встал вопрос о нежеланном четвертом ребенке, она пошла на это.

Алексей Юртаев

При участии Даниила Брежнева

Источник: https://meduza.io/feature/2019/11/29/v-tsivilizovannyh-stranah-net-takogo

Прав-помощь
Добавить комментарий